Книга Зверь в моем замке, страница 188 – Элейн Торн

— Это магия нашего края, — усмехнулся он. — Здесь даже еда другая.

Они сидели в постели, ели, пили и разговаривали — о пустяках, о планах, о том, каким будет их завтрашний день. Свечи на столике догорали, камин отбрасывал на стены дрожащие тени, а за окном, над горами, сияла луна. Лианна чувствовала, как усталость и тепло разливаются по телу, как веки наливаются тяжестью. Она отставила пустой кубок и прижалась к Эйнару.

— Я так люблю тебя, — прошептала она.

— Я знаю, — ответил он, целуя её в макушку. — И я люблю тебя. Больше жизни. Больше всего на свете.

Она закрыла глаза и провалилась в сон — тёплый, глубокий, без сновидений. А он ещё долго лежал, обнимая её, и смотрел, как лунный свет скользит по её лицу. Его жена. Его луна. Его навсегда.

Глава 30.

Верхейм процветал. Там, где раньше по каменным улицам гулял лишь ветер, теперь звенел смех. Торговцы из Аркендейла, Каменного Предела и даже далеких эльфийских лесов стали привычными гостями на рыночной площади, и их повозки, груженные шелками, специями и гномьей сталью, то и дело вливались в город через южные ворота Верхейма. Мир, который когда-то казался хрупким, как первый лед на реке, теперь был крепок, как горный гранит. И в этом мире, где люди и оборотни учились жить бок о бок, царила весна — настоящая, щедрая, та, что приходит не по календарю, а по велению сердца.

Лианна стояла у окна в своих покоях и смотрела, как в саду играют дети.

Мальчик шести лет, беловолосый, с голубыми глазами, унаследовавшими отцовскую глубину, но с материнской мягкой улыбкой. Он носился по дорожке, размахивая деревянным мечом, и его смех разносился по всему саду, вспугивая птиц. Младшая — девочка, которой только минуло три года, — сидела на плечах у Эйнара и, вцепившись пухлыми пальчиками в его белые волосы, радостно визжала, когда он делал вид, что вот-вот упадет. Её глаза, серые, как у матери, сияли счастьем, а на носу рассыпались веснушки. Лианна смотрела на них и чувствовала, как сердце раздувается от любви — той, огромной, всеобъемлющей, которая началась когда-то в темном подземелье и теперь заполняла каждую минуту её жизни.

Сзади тихо подошла Астрид. За эти годы она стала не просто служанкой — подругой, помощницей, частью семьи.

— Леди Лианна, вы опять не завтракали, — с мягкой укоризной произнесла она, ставя поднос на столик. — Принц велел передать, что, если вы не съедите кашу, он лично придет и накормит вас.

— Неужели? — Лианна обернулась с улыбкой. — И как же он собирается это сделать?

— Не знаю, — Астрид развела руками, — но, зная принца, уверена — способ он найдет.

Лианна рассмеялась и села завтракать. Овсянка с медом и ягодами была горячей, хлеб — свежим, а отвар пах мятой. Она ела и смотрела в окно, где Эйнар, посадив дочь на землю, уже учил сына правильно держать деревянный меч.

— Ноги шире, — донеслось до неё. — Руку не выпрямляй, держи локоть мягким. Да. Вот так. А теперь — удар.

Мальчик замахнулся и ударил по отцовской ладони. Звук был звонким, но негромким. Эйнар одобрительно кивнул:

— Хорошо. Из тебя выйдет отличный воин.

— А я хочу быть как мама! — заявила девочка, дергая отца за рукав. — Мама красивая.

— И воин из тебя тоже выйдет отличный, — серьезно ответил Эйнар, подхватывая её на руки. — Самый красивый воин Верлорна.