Книга Спутница орков, страница 104 – Татьяна Демидова

Я испуганно смотрю на него, они же говорили, что не собираются развязывать войну…

Но тут же замечаю в глубине его глаз смешинки. Облегчённо выдыхаю и улыбаюсь. Первый раз вижу, что Янар шутит… Обычно Тахир у нас по этой части.

И тут же замираю от того, что впервые подумала: у нас…

— Иди позавтракай, Иола, — говорит Янар.

Я тут же опускаю глаза на бумаги перед ним. Наверное, мешаю ему, дела ведь. Да и положить что-то съедобное в живот нужно. Киваю и направляюсь к двери, чувствуя, как он провожает меня взглядом.

В этой комнате красиво и пусто, а на артефактах подогрева меня ждёт ароматная еда. Спокойно и не торопясь завтракаю, и… ловлю себя на том, что оттягиваю момент, когда надо возвращаться к Янару.

Хочу я этого, конечно, очень. Но… Трепетно как-то. Смущающе.

Впрочем, я одёргиваю себя. Это мой Янар. Мне нечего с ним бояться. Собравшись с духом, убираю за собой и возвращаюсь к нему.

И тут же меня накрывает окончательным пониманием, почему я медлила… Мы с Янаром впервые по-настоящему вдвоём, наедине, в большом доме.

Мне сразу становится и тревожно, и сладко, так, что не знаю, куда деть руки.

Янар не смотрит на меня, что-то пишет быстро и размашисто, лист за листом. Сосредоточенный. Строгий. Хмурится чуть. Так и хочется подойти и погладить по лбу, чтобы разгладить пальцами эту хмурость. Чтобы мне улыбнулся.

Надо срочно чем-то руки занять.

Вышивать! Я уже давно не вышивала. Платки же…

Достаю платок — тот самый, с лазурной волной, на который Тахир накладывал зелёные стежки листьев. А потом на нас напали, и Тахир сказал закрыть глаза.

Невольно глажу пальцами по его стежкам, охватывая магией будущий рисунок.

Будет очень сильная работа. Надо её закончить.

Достаю иглу, вдеваю, примериваюсь и… только замечаю на белой ткани платка красное пятно.

Замираю, чувствуя, как меня окатывает холодом. Кровь. Но я не протыкала пальцы иглами. Тогда откуда?..

Я вышивала этот рисунок, там на поляне, когда… Наверное, когда вокруг меня была резня, брызги крови попали на платок, но я и не заметила этого…

Накатила дурнота. Хорошо, что я сижу. Если бы стояла, точно упала бы.

Комната закружилась. Нахлынули воспоминания о том страшном бое на поляне. Зря я не послушалась Тахира тогда. Он же сказал мне закрыть глаза. Надо было сидеть, как он сказал, и ни в коем случае не открывать.

Зажмуриваюсь сильно-сильно. Но от этого становится только хуже. Будто наяву слышу эти крики, лязг железа, рычание.

— Иола? — встревоженный низкий голос Янара.

Распахиваю глаза. Присел рядом со мной, заглядывает в лицо цепко и мрачно.

— Ты белая совсем, — берёт меня за руку. — Что случилось?

— На платке… Я думаю, это кровь… тогда, на поляне попала.

Он мрачно смотрит на шитьё в моих руках. Хмурится, и стремительным решительным движением достаёт очищающий артефакт. Быстро убирает пятно. Затем мягко вынимает шитьё из моих рук, и откладывает в сторону.

После этого Янар садится рядом со мной, обнимает крепко, прижимает к себе.

Льну к нему всем телом.

Молчим. Снова я в его руках. Как вчера. Дышу глубоко. Вбираю его надёжное присутствие всей сутью.

Вот что бы я делала без него? Без них, моих?..

В этом молчании, в его сильных и бережных объятиях, я вдруг отчётливо понимаю, что перестала его бояться. Совсем-совсем.