Книга Адепты Формы, страница 62 – Ярослав Кирилишен, Алена Ламберт

— Это меняет ситуацию, — медленно произнес Вайднер. — Если он понимает механизм изнутри…

— Он может понять, что мы делаем, — закончила Ева.

— Именно.

Маркус встал, подошел к окну. Альпы на горизонте казались незыблемыми, вечными. Он думал о том, как странно складывается судьба. Пятнадцать лет он изучал Форму в одиночестве. Считал себя единственным, кто понял ее природу. А теперь появился человек, который тоже понял, но пришел к этому через личный опыт.

Зеркальное отражение.

— Алекс, — позвал он, не оборачиваясь. — Полный мониторинг. Телефон, почта, передвижения. Я хочу знать о нём всё.

— Уже работаю.

— Николас. Наблюдение. Физическое. Дискретное.

— Понял.

— Ева. Просчитай риски. Если Леван действительно понимает механизм, то что он может сделать?

Ева задумалась на секунду.

— Предупредить потенциальные цели. Испортить наши позиции. В худшем случае — выйти на нас напрямую.

— А в лучшем?

— В лучшем — он сосредоточен на «спасении» семей. Не на нас. Тогда мы просто меняем тактику.

Вайднер кивнул.

— Софи.

Она вздрогнула, услышав свое имя.

— Да?

— Составь профиль Левана. Не биографический — психологический. Я хочу понять, как он думает, чего боится, на что можно надавить.

Софи открыла рот, чтобы возразить и закрыла.

Что она могла сказать?

Что устала составлять профили для манипуляций? Что каждый новый файл забирает часть ее души?

— Хорошо, — тихо ответила Софи.

Маркус вернулся к столу.

— Теперь — Даварини. Статус?

Алекс вывел на экран схему.

— Доступ получен. Марио Даварини — слабое звено. Через него я вижу всю систему. Финансы, переписка, внутренние документы.

— И?

— Есть на чём строить. Сомнительные сделки с российскими клиентами в ВПК. Возможное отмывание. Документы, которые прокуратура будет рада увидеть.

Вайднер улыбнулся.

— Ева?

— Если Даварини рухнут и потом «чудесно» спасутся, волна пойдет через весь европейский банковский сектор. Я уже вижу позиции и потенциал более пятьдесят миллионов минимум.

— Софи?

— Карло Даварини является классическим патриархом. Семья для него — всё. Он переживет финансовый крах. Но если удар придется по репутации рода… по сыну…

Лоран замолчала. Вайднер ждал.

— Он сломается, — закончила Софи едва слышно.

— Хорошо, — Маркус обвел взглядом команду. — План прежний. Алекс готовит утечку. Николас находит свидетеля, готового дать показания. Ева позиционируется. Софи отслеживает состояние цели.

Маркус сделал паузу.

— И параллельно наблюдаем за Леваном. Если он приблизится к Даварини, я хочу знать об этом первым.

Совещание закончилось. Команда разошлась — каждый к своим задачам. Вайднер остался один в библиотеке, глядя на лица на экране.

Антон Леван.

Человек, который отказался.

Маркус думал о нём весь вечер не как об угрозе, а как о загадке. Что заставляет человека сказать «нет» силе, которой подчинялись его предки? Что Леван знает такого, чего не знает сам Вайднер?

И главное — можно ли это использовать?

Карло Даварини не верил в Бога. Не верил с двадцати трёх лет, когда его первая жена умерла при родах вместе с ребенком, а священник на похоронах говорил о «неисповедимых путях Господних». В тот день Карло понял, что если Бог и существует, то он либо бессилен, либо жесток. Оба варианта не заслуживали поклонения. Он верил в другое. В силу и волю. Он верил в то, что человек сам кует свою судьбу. Кует молотом, если нужно. Кует кровью, если придется.