Книга Адепты Формы, страница 22 – Ярослав Кирилишен, Алена Ламберт

Но что, если не у всех имелся такой выбор?

Что, если кто-то хотел, чтобы цены активировались? Чтобы следующее поколение платило? Но опять же — зачем? Какая выгода в смертях потомков?

Он перевернулся на другой бок, закрыл глаза, пытался отключить мысли, но они крутились, не давая покоя.

Вайднер. Историк. Он нашел семьи, изучил их, составил список. А потом передал этот список кому-то другому. Кому-то, у кого имелись ресурсы для манипуляций.

Но кому?

И самый важный вопрос: сколько еще семей в этом списке?

Четырнадцать уже пострадали. Но что, если их больше? Что, если Вайднер нашел не четырнадцать, а двадцать? Тридцать? Пятьдесят?

Что, если это только начало?

Антон открыл глаза, посмотрел в темноту потолка. Завтра он расскажет всё Лоренце. Орден должен знать. Должен действовать. Что-то ему подсказывало, что это не будет простое наблюдение. Не будет обычной рутинной работой. Это будет охотой. Только непонятно, кто охотник, а кто добыча.

И где у этого дракона слабое место?

* * *

Утро следующего дня началось, как обычно. Антон проводил Адама в детский сад, потом вернулся домой, выпил кофе, сел готовиться к созвону.

В 14:50 он находился уже в кабинете, открыл ноутбук, брифинг на экране. Ровно в 15:00 поступил входящий звонок. Антон его принял. На экране появилось лицо Лоренце Санти.

— Антон, — кивнул святой отец. — Ты написал о найденной аномалии. Рассказывай в деталях.

Антон сделал глубокий вдох.

— За последние два года четырнадцать европейских семей получили «чудесное» спасение от кризисов. Одиннадцать из них являются потомками одного рода. Все кризисы выглядят как искусственно созданные. Есть основания полагать, что за этим стоит организованная группа.

Лоренце слушал молча.

Когда Антон закончил, старик несколько секунд смотрел на него, не говоря ни слова, потом медленно произнес:

— Мы знаем.

Леван замер.

— Что?

— Орден осведомлен об этой группе, — повторил Лоренце. — И отслеживает их деятельность последние несколько месяцев. Мы дали им название «адепты Формы». Они раскрыли логику работы Формы и научились как-то предсказывать обращения людей к ней, используя их в своих интересах. Как? Этого мы пока не понимаем до конца, — старик посмотрел куда-то за пределы камеры.

Мир качнулся. Антон уставился на экран.

— Антон, у меня для тебя есть предложение. Ты больше не наблюдатель. Начиная с сегодняшнего дня, ты являешься оперативником ордена. Твоя новая задача найти и остановить адептов.

Антон долго молчал. За окном шёл дождь, ровный, апрельский, бесконечный.

— Вы… знали? И ничего не рассказали мне? — сказал он наконец. — Вы знали об адептах, а я сидел ночами над отчётами Сары и думал, что открываю что-то новое. Вы дали мне складывать картину, которую сами сложили давно. Орден использовал меня.

— Да, — ответил Лоренце. Без паузы, без попытки смягчить. — Использовали.

— И теперь снова предлагаете продолжить сотрудничество с теми, кто мной манипулировал?

— Предлагаю. — Старик сложил руки на столе. — Ты ждёшь, что я стану оправдываться, Антон? Не стану. Если бы я рассказал тебе всё заранее, ты бы искал наши выводы, а не истину. Мне нужен был человек, который придёт к правде сам. Ты пришёл. Теперь ты знаешь то, чего не знает почти никто на земле. И вопрос уже не в том, обижен ты на меня или нет. Вопрос в том, что ты будешь с этим знанием делать.