Книга Наследники, страница 66 – Павел Астахов

— Совершенно верно, – подтвердил адвокат. – Только сейчас это не имеет значения.

Бэлла Альбертовна выглядела растерянной.

— Боюсь, я не совсем вас понимаю.

— Это обстоятельство могло бы стать важным и определяющим только в том случае, если бы ваш супруг действительно завещал все свое имущество кому-то другому, а не вам. Но раз уж мы выяснили, что в момент составления этой «филькиной грамоты» Андрей Васильевич проходил лечение в больнице и никуда не выезжал, то налицо подлог, фальсификация, – объяснил Павлов. – Зачем вам довольствоваться половиной от того, что и так полностью принадлежит вам? Ведь у вас есть настоящее завещание! И там черным по белому написано, что все его имущество переходит к вам!

— Теперь все ясно, вы меня успокоили.

— Желательно, чтобы была приостановлена регистрация права собственности, – произнес Артем. – Судя по выпискам из ЕГРП, Сацивин и Коржина еще не подали документы в Росреестр.

— Е, гэ, эр, пэ… – повторила вдова, обмахиваясь веером. – Язык сломаешь… как вы это все запоминаете?!

— Это единый государственный реестр прав на недвижимость, – пояснил он. – Благодаря ему легко получить сведения о любом недвижимом имуществе на территории страны.

Из сумочки Протасовой послышался звон мобильника, и она виновато посмотрела на адвоката:

— Извините, я отвечу.

— Конечно.

Вдова поднесла трубку к уху и, едва успев сказать «Слушаю», обмерла. По мере того как Бэлла Альбертовна слушала торопливый мужской голос, лицо ее посерело, морщины стали глубже.

— Как же это? – упавшим голосом спросила она. – Его можно увидеть? Да-да, я понимаю…

Протасова снова взглянула на Артема, губы ее тряслись:

— Артемий Андреевич, с Суриковым… беда.

— Что случилось?

— Звонили из Союза писателей… Сергей Михайлович в реанимации, вчера был пожар на его даче… Его едва спасли…

Голос старушки надломился, и по ее дряблым щекам заструились слезы.

— Не время сейчас плакать, Бэлла Альбертовна, – сказал Павлов, заводя автомобиль. – Главное, он жив. И мы обязательно его навестим, обещаю.

— Это все из-за меня, – чуть слышно проговорила она. – Как только все это началось… все неприятности из-за нас…

— Перестаньте, прошу вас. Вот, попейте воды.

С этими словами Артем передал вдове бутылку минералки.

Пока Протасова медленно приходила в себя после столь ошеломляющей новости, Павлов набирал телефон бывшего уголовника Рогового. Однако ответом адвокату были монотонные гудки, которые вскоре оборвались.

«Неужели подался в бега?» – закралась мысль. После секундного размышления он тут же отверг ее. Нет, он доверял своей интуиции, и Роговой – не тот человек, чтобы решиться на нелегальное существование после стольких лет отсидок. Да и возраст не тот – мыкаться по знакомым, если таковые вообще у него остались…

— Да, Артемий Андреевич, забыла сообщить вам еще об одной новости, – нарушила паузу Протасова, когда адвокат убрал телефон. – С этой суматохой все вылетает из головы… На днях, пока меня не было, к нам домой приезжал Эдуард. Это внук моего мужа от первого брака. Я как-то рассказывала вам о нем. Парень, в общем, неплохой, но постоянно влипал в неприятности, и Андрей Васильевич с ним не особенно ладил. В общем, он хотел обсудить завещание. Но Марина сказала, что не будет разговаривать на эту тему без моего присутствия, и тот ушел.