Онлайн книга «Наследники»
|
Есения расхохоталась и повернулась к Марине. Протасова-младшая дрожащей рукой надела очки, продолжая с немым вопросом смотреть на аферистку. — Где вы только такого адвоката нашли? – спросила Кеслер. – Ему бы ток-шоу вести… «А теперь, внимание, результаты ДНК!» – передразнивая замыленную фразу, пропищала она. — Когда я выйду на пенсию, вероятно, я подумаю над вашим советом, – в тон ей ответил Павлов. В гостиную, тяжело ступая, вернулась Бэлла Альбертовна. — Рукописей нет, – сказала Протасова, и ее нижняя губа задрожала. – Картины на месте, а рукописи исчезли! Она повернулась к Есении, которая, ничуть не смущаясь, скрестила на груди руки и высокомерно смотрела на старушку. — Это правда? – прошептала Бэлла Альбертовна. – Артемий Андреевич прав? — Конечно, нет, – фыркнула Есения. – И если вы не дадите мне уйти, я позвоню в полицию. С этими словами она взяла со стола смартфон. — Как ты могла… – с трудом выговорила Протасова, без сил опускаясь на стул. – Мы ведь доверяли тебе… Ты была как родная… В прихожей раздались настойчивые трели звонка, и Артем обратился к Сурикову: — Сергей Михайлович, окажите любезность, откройте, пожалуйста. Похоже, полиция уже на месте. * * * Спустя несколько минут все было закончено. Пока на Есению надевали наручники, лицо ее сохраняло непроницаемое спокойствие. Тут же был осмотрен ее чемодан, из которого были изъяты рукописи, аккуратно упакованные в бумажные пакеты. Вино из бокала, который Есения поставила перед Павловым, было перелито в специальную емкость. Искусный парик аферистки из натуральных волос также был приобщен к делу – его поместили в конверт для улик. Когда закованную в наручники Кеслер увели, Бэлла Альбертовна нетвердой поступью отправилась за корвалолом. — Мне очень неловко, что все это стало для вас сюрпризом, – извиняющимся тоном сказал Павлов. – Но информация по вашей так называемой «сиделке» поступила буквально вчера вечером. Тогда же стало известно, что она приобрела билеты в Париж, причем только в один конец. — Я думала… что все закончилось, – призналась Бэлла Альбертовна, выпив лекарство. – А тут вы… с такой шокирующей новостью… — Значит, эта Есения все знала заранее и охотилась за этими рукописями? – спросил Суриков. – И заранее внедрилась в семью Андрея Васильевича? Словно шпион? Артем кивнул. — Овчинка стоила выделки. По предварительным данным, только за эти рукописи Кеслер могла бы выручить порядка миллиона евро. Она и ее брат давно крутятся в этом бизнесе, и, скажем так, у них это наследственное. Их отец был диссидентом, коллекционером старины, торговал втихую антиквариатом. За это был осужден и умер в исправительной колонии. Часть его коллекции была конфискована, но мать успела что-то припрятать, а кое-что распродать, сохранив детям капитал. Есения и Генрих выросли, но своих семей не создали. Зная цену предметов старины, они сначала просто выступали посредниками при купле-продаже, а также обмене раритетов. А потом, очевидно, кого-то из них осенило – мол, под ногами буквально валяются несметные сокровища, а мы ни сном ни духом! Вон сколько картин и скульптур у стариков! И тогда они разработали следующую схему. Ищется человек, владеющий редкой коллекционной вещью. К нему втираются в доверие специально обученные люди и различными способами пытаются забрать ценность. Для этого изготавливаются поддельные документы – завещания, дарственные, договоры ренты… Прикормленные чиновники заверяли заведомо поддельные документы. Правда, мошенники прокололись с нотариусом Гурецким, который не стал покрывать их, когда правда начала вылезать наружу. |