Книга Класс. История одного колумбайна, страница 83 – Павел Астахов

— Эта пуля предназначалась тебе, – выдавил Колышев, с ненавистью глядя на Дмитрия. – Теперь доволен, убийца?

— Этот вопрос задай снайперу. Зато… Зато теперь стадо управляемое. И, надеюсь, никаких эксцессов больше не будет.

— Ты убил его, – повторил преподаватель.

Дмитрий недобро усмехнулся и пихнул ногой спортивную сумку, в которой загремели бутылки:

— Там у меня полно взрывчатки, Юра. Ты хотел, чтобы из-за твоего вспыльчивого ученика я спалил весь класс? Я ведь могу это сделать.

Колышев открыл было рот, но тут же захлопнул. Лицо его стало землистого цвета, черты заострились, лишь глаза сверкали болезненным блеском. Казалось, молодой учитель за пару часов состарился на десяток лет.

— Думаю, сейчас начнется штурм, – предположил Дмитрий. Присев, он извлек из сумки один из оставшихся «коктейлей Молотова». – И мне кажется, в вашем классе есть еще один лишний.

Юрию Александровичу показалось, что он ослышался. Он выглядел так, словно получил удар под дых, глаза его расширились:

— Нннет. Ты не можешь… – ошеломленно забормотал он.

— Могу, – безучастно ответил Свободин и повернулся в сторону двух юных школьников, которых Константин привел из туалета. На протяжении всего этого времени пареньки жались друг к другу, будто котята, напуганные шумом грозы. – Вы, двое!

— Опомнитесь, – срывающимся голосом заговорила Лариса. – Опомнитесь, пожалуйста. Это совсем дети! Хватит смертей, мы вас умоляем!

— Закрой пасть, – отрезал Дмитрий, и девушка закусила губу. С мокрыми от слез глазами она смотрела, как мальчики робко приближаются к стрелку. Лица ребят были белее снега.

— Знаете такую игру: «камень, ножницы, бумага»? – спросил Дмитрий, и они одновременно кивнули.

— Играйте.

Мальчишки обменялись недоуменными взглядами.

— И что ты сделаешь? – задал вопрос Колышев. Он стоял всего в трех шагах от Дмитрия, то и дело поглядывая на подоконник, где расположились горшки с растениями.

— Играйте, – громче сказал Свободин, и школьники встрепенулись, словно очнувшись от сна. Они снова взглянули друг на друга, после чего нерешительно трижды взмахнули сжатыми в кулаки руками. У обоих оказалась «бумага».

— Если вы сговорились показывать одинаковое, я пристрелю дядю Юру, – сообщил Дмитрий, подмигнув оторопевшим мальчишкам. – Давайте, все по-честному.

Лариса, закрывая собой Настю, начала медленно двигаться в конец класса. Девочка хныкала, но послушно шла вместе со школьницей.

— Играйте! – гаркнул Дмитрий.

В этот раз у обоих вышли «ножницы».

— Я предупредил, – вздохнул Свободин, взяв на прицел Колышева. – Еще одно совпадение, и будете отскребать его мозги от стен.

— Мы… не сговорились, – пролепетал один из мальчиков, и Свободин погрозил им пальцем.

— Камень, ножницы, бумага, – забубнил второй школьник, пока они трясли кулаками. – Раз, два, три…

На последнем звуке его кулак превратился в лодочку, а пальцы паренька, который оправдывался перед Дмитрием, остались сжатыми в кулак.

— Вот и победитель! – воскликнул Свободин. – Бумага завернула камень! Теперь мы определились с лишним.

Мальчики с ужасом посмотрели друг на друга.

В ту самую секунду, когда открывший окно Игорь был сражен пулей и упал замертво, у полковника Росгвардии Котляра «ожила» рация, прицепленная к нагрудному карману.