Книга Зигзаг у дачи, страница 77 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

— Ох, Наташенька, еще бы и вашу сделку признать незаконной, – вздохнула Татьяна Ивановна, когда они вышли из здания суда. – Вы бы там такой миленький домик могли построить. И жили бы снова по соседству.

— Нет, Татьяна Ивановна, – теперь пришла пора вздыхать Натке. – Так просто не выйдет. Мы-то, в отличие от вас, свой участок продали с открытыми глазами и с полным юридическим оформлением, как и еще двое наших соседей. Та земля кадикаевская. С этим поспорить не получится. Да и деньги возвращать не хочется. Старый дом он уже снес, а новый нам строить все равно не на что будет.

— Ой, жалко, – огорчилась Татьяна Ивановна. – Ты такая прекрасная соседка. Как же мы с тобой хорошо жили, душа в душу, а этот кровопивец нам все равно спокойной жизни не даст. Наш-то участок, почитай, посредине его земли торчит, бельмом ему на глазу. Он же родовое гнездо хотел воссоздать, и зачем мы ему, почитай, под самым носом. Не даст он нам жизни, ой не даст.

— Чье родовое гнездо? – жестко спросила Натка. – Стукача и предателя, который вашего деда в могилу свел? Да предков этого самого Игоря Борисовича из Красных Холмов с позором выперли, так что не надо ему туда возвращаться.

— Да, это мы ему спокойной жизни не дадим! – задорно подхватила Светлана. – Как он сможет жить рядом с храмом, где лик замученного по вине его прадеда Агафона висит? Душа же не выдержит.

— Да откуда у него душа? – изумилась Натка. – Нет у таких людей души. Если бы была, он беззащитных стариков с их земли не сгонял бы. Правда, юристы у него плохие. Просто дерьмо, а не юристы. Иначе подсказали бы, что не все взятками сельсовету решается. И что суд все равно восстановит справедливость. Опираясь на эту, как ее, приобретательную давность, вот что.

— А с главой сельского поселения теперь что будет? – полюбопытствовал Игорь. – Фактически он же незаконное изъятие земли с ее последующей продажей провел.

— Да ничего не будет, – махнула рукой Натка. – Татьяна Ивановна и Василий Петрович категорически отказываются заявление в следственные органы писать. А суд же проверки прокуратуры и следствия не организует. Они решение в рамках гражданского дела вынесли, и все. А зря. Надо бы наказать, чтобы впредь неповадно было.

— Не хотим мы никого наказывать, – тихо проговорила Татьяна Ивановна. – Нам бы с Васей поскорее в родной дом вернуться. А то все сердце изболелось, как там огород мой, как теплицы.

— Да я поливала каждый день, – успокоила ее Светлана. – Все цветет, растет, ты, Танечка, не сомневайся.

— Спасибо, родная. Тогда нам точно домой пора. Да, Васенька? Загостились мы у Наташеньки с Костей. Пора и честь знать. Завтра и поедем. И детей с собой возьмем, как и обещали. Сенечку и Настеньку, а то все лето из-за нас в городе сидят.

— Не из-за вас, а из-за Кадикаева, – поправила Натка. – Мы вас в субботу в деревню отвезем. Вместе с детьми. Погостите у нас еще пару денечков.

— Нет, мы поедем сегодня же, на электричке. А вы в выходной приезжайте и деток привозите, – покачал головой Василий Петрович. – Мочи нет ждать, Наташенька. Дом же там наш. Без хозяйского пригляда. И мы без него пропадаем, и он без нас.

— Поезжайте, – согласилась Натка. – Я ведь все понимаю. А мы приедем в субботу. И еще. Я всего вам не могу сказать, но у нас с Костей для вас еще один сюрприз будет.