Книга Райский плод, страница 35 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

— Никакой тренер ничего Забреевой не давал. Соответствующие компетентные органы уже давно всех проверили, – заверял представитель Федерации фигурного катания Борис Нельман.

— Как же можно кидаться голословными обвинениями, не имея на руках никаких доказательств? Все девочки, занимающиеся у Ксении Церцвадзе, всегда показывали, что результаты их проб чистые. Где логика? Зачем тренер перед Олимпиадой станет давать спортсмену, претендующему на медаль, какие-то таблетки? Это же чушь! – горячился бывший хореограф штаба Церцвадзе Рудаков.

Не остался в стороне и приглашенный в студию в качестве эксперта Валерий Глущенко.

— Я со свечкой не стоял и комментировать слова уважаемой мною Натальи Андреевны Саврасовой не собираюсь. Но доказательств, что Церцвадзе давала эту таблетку, нет. Да, она несет ответственность, но обвинять только ее мы не можем. У нас есть законы, предусматривающие ответственность за допинг у несовершеннолетних, начиная от штрафов и заканчивая уголовным делом. За Аэлиту отвечают ее родители, тренер и врач. Но нужны четкие доказательства. Поэтому я считаю правильным, что Ксения потребовала извинений. Без доказательств – это клевета. И да, конечно, плохо, что пострадала только девочка. Но это вопросы уже к суду и к людям, которые знали о допинге и сейчас молчат.

— По моему опыту, тренер вообще никогда не дает никакие таблетки. Это делает только врач, который знает состав любого препарата. Должен знать. Вот ему и надо переадресовать все вопросы, – высказывала свое мнение олимпийская чемпионка по конькобежному спорту, ныне тоже политик Светлана Гурова. – Тренер некомпетентен в вопросах медицины. Сейчас, насколько мне известно, членам сборной дают препараты в специальном месте и после соответствующей проверки. Не верю, что Церцвадзе умышленно дала Аэлите запрещенный препарат.

Кажется, скандал сходил на нет. Все приглашенные в студию Антона Халатова эксперты выступали в защиту Церцвадзе. По мнению Сашки, для Натальи Саврасовой дело начинало пахнуть керосином. Придется извиняться, ой, придется. Но тут ведущий дал слово видному спортивному комментатору Александру Тришину.

— Наталья Андреевна на самом деле задала или, как сейчас говорят, подвесила очень важный вопрос. И сделала это безотносительно Церцвадзе и Забреевой, а в более широком смысле этого слова. Спортсмен не имеет права принимать любые препараты, будь то таблетки, снадобья или микстуры, никак иначе, кроме как из рук своего тренера. Человека, кровно заинтересованного в результате спортсмена и в его безопасности. И врач не должен назначать никаких лекарств, предварительно не согласовав свои рекомендации с тренером и не получив его согласия. Как мне кажется, нервная реакция Ксении на слова Натальи Андреевны вызвана именно тем, что она, как профессионал, и сама понимает, что виновата. Если бы речь шла о любом другом спортсмене, она и сама могла бы сказать то же самое. С точки зрения спорта высоких достижений – это должно стать правилом, не требующим споров.

То ли из-за духоты в студии, то ли из-за висящих в воздухе негативных эмоций, то ли из-за ссоры с Фомой у Сашки заболела голова. К счастью, в съемках шоу объявили пятнадцатиминутный перерыв, и она с облегчением выскочила из студии, нашла в коридоре широкий подоконник, уселась на него и рванула створку окна, чтобы впустить свежий воздух.