Книга Ни любви, ни денег, страница 45 – Соня Дивицкая

Следующим утром она встала к плите. И для нее началось самое страшное, но неизбежное в любом деле – работа и рутина. Люба, вся потная, мокрая, как повара в школьных столовых, весь день топталась на кухне. Она чистила картошку на тридцать человек, и у нее устали пальцы от ножа. Она вся провоняла луком, когда обжаривала лук с морковкой на заправку в гороховый суп, она со злостью крошила свеклу в винегрет, и дети ее злость чувствовали и возвращали винегрет, не доедали эту фиолетовую тоску. Дети хотели жареной курицы, вульгарных котлет и оставляли овощные запеканки на тарелках. Люба пошла на уступки, жарила мясо, закрывая прищепкой нос, чтобы не нюхать этот мерзкий, давно забытый запах. Все это ей ужасно быстро надоело, утомило, и она пыталась кое-как отделаться вареными сосисками. Но каждый день ей приходилось делать примерно одно и то же: завтрак, обед и полдник на тридцать противных маленьких персон. От этой кухни она совсем приуныла, и поэтому лапша у нее получилась как сиротский вермишелевый супчик, со слезливым луковым перышком, а несчастное картофельное пюре приобрело серенький плаксивый оттенок.

Дима наоборот был весел, он занимался доставкой, отвозил утром завтрак и до обеда где-то пропадал.

— «Нам доверяют детей!» – он на ходу придумывал рекламные слоганы для сайта. – Неплохая идея для разогрева? Как ты думаешь?

— Это плохая идея, – насупилась Люба. – Это очень плохая идея. Я вообще не об этом мечтала, я хочу ресторан, соответствующую клиентуру, атмосферу, перспективы… А ты меня поставил на конвейер! Это шаг вообще в другую сторону, я хотела совсем другое!

— Какое другое? Ты хотела зарабатывать доставкой еды. Твой ресторан был в перспективе. В отдаленной! Я хочу сказать, в очень отдаленной перспективе!

— Нет! Я готова к ресторану, это ты все лежишь на диване и даже не начал еще делать мой сайт! Зато какой-то левой бабе с детским садом ты сайтик делаешь. Как это понимать вообще?

Дима объяснял, что хозяйка детсада умело организовала свой бизнес, что у нее в садике будет компьютерный класс и она предлагает Диме работу учителя, так что он не просто так там отирается, а по делу. И к тому же у него репетиция, он согласился участвовать в мартовском утреннике, вместе с другими отцами он будет петь частушки. Дима тут же схватил детскую гитарку и спел жене одну частушку:

Люба швырнула в него фартуком. Она почувствовала себя в ловушке. Отойти от плиты не было возможности, сразу после того, как она приготовила завтрак, нужно было готовить обед. Детей кормили по строгому расписанию. Однажды в выходной Люба сбежала со своей кухни, влетела ко мне в дом и спросила:

— У тебя есть что-нибудь выпить?

У меня, разумеется, было, но я не спешила открывать закрома.

— А что случилось? – спрашиваю. – Где твои?

— Он ненормальный, – пожаловалась Люба. – Он говорит, что я над ним командую, а сам пляшет у этой сучки под балалаечку! Частушки на восьмое марта! А сайт мне так и не делает! Он хочет, чтобы я стояла у плиты как проклятая, а он катается по городу! В наглаженных рубашечках!

Я налила ей виски, закуску она нашла сама. На тарелке у меня осталось с обеда порезанное копченое сальце.