Книга Ни любви, ни денег, страница 34 – Соня Дивицкая

Я слышала про левый алкоголь. По радио и на ТВ примерно за пару недель до Новогодних праздников прошли репортажи о том, что у нас на таможне задержали огромную партию палева. Причем на этот раз не водку, а элитный алкоголь. «Элитный»! Это, конечно, эффектно звучало только в нашей сельской местности. Виски, коньяк, ром, мартини… Кто-то надыбал бутылки, которые ничем не отличались от оригинальных. Таможня задержала вроде бы вагон с этой бурдой, но почему-то этот левачок, как санкционные сыры, давить тракторами не стали. Кто-то этот элитный левачок очень хорошо прикрывал, и вскоре после праздников фальшивые бутылки начали всплывать то тут, то там.

Лариса решила, что сию минуту, пока в магазине идет проверка, она своим продавщицам звонить и разбираться не станет, а вот завтра придет и всех в алкогольном отделе уволит. Сначала строгий выговор, инвентаризация, а потом уволит. Так она решила. И за каким-то чертом понюхала паленую бутылку и налила.

— Мне стало абсолютно все равно. В доме было полно выпивки, но я хотела из этой бутылки. Ну, думаю, если отравлюсь, значит, так и надо. Я просто представила себе свое отдаленное будущее… Что мне уже не сорок пять, а примерно восемьдесят шесть, и я все так же сижу, ему на кухне одна, и вся моя жизнь прошла в моем сверкающем магазине и в моем пустом прекрасном доме… И там, и там я все эти годы одна, а вокруг только и слышно, как Лариса Ивановна бесится с жиру. Вот я и решила немного побеситься. Считай, что это была такая русская рулетка! Давлюсь, но пью. Мне стало жутко плохо! Я понимала, что ничего особенно ядовитого в бутылке нет, дешевый спирт и ароматизатор, от этого не умирают, если с почками все хорошо. Бутылку я, конечно, не осилила, я вообще очень мало пью, поэтому меня так быстро откачали. А самое смешное! Когда я начала рассказывать в больнице, что выпила поддельный ром, мне никто не поверил! Врач прислал мне психиатра, он был уверен, что я пыталась отравиться! Полиция приехала! Поэтому я и не стала с ними спорить, сказала, как они хотели: «Попытка суицида». Чтобы никакого дела не возбуждали…

Ларису в бездыханном состоянии нашел курьер цветочной фирмы, который привез ей букет. Двадцать пять шикарных алых роз Ларисе прислал бывший муж. Да, вы правильно поняли, в день своей свадьбы с новой женой он прислал цветы своей бывшей, то ли по привычке, то ли в знак благодарности за прожитые вместе годы. Курьер звонил на сотовый и в дверь звонил – Лариса не отвечала. Дверь квартиры был открыта, парень решил оставить цветы в прихожей, вошел и увидел там упавшую на пол Ларису.

Из больницы она вернулась домой через два дня. Алые розы так и валялись в прихожей, не завяли.

— Значит, настоящие были цветы, – сказала Лариса. – От мужа, в смысле. Не от секретарши.

Примерно в это время, после новогодних праздников, я захотела свернуть в ее магазин, чтобы подкрепиться, и помню, чуть не растянулась на гранитных порожках. На улице шел мокрый снег, женщина со шваброй неаккуратно его размазывала, совсем не так было принято под надзором Ларисы, ее уборщицы натирали пол до скрипа. Я подняла свой нос и увидела, что вывеску над магазином немножко поменяли. Убрали «самый лучший», и осталось просто «гастроном».

— Скажите, – спросила я уборщицу, – Лариса Ивановна на месте?