Книга Улика № 13, страница 86 – Анна Князева

Неосознанно она выступала адвокатом старика. В каждом его поступке, в каждом его слове она искала причину для оправдания. С благодарностью вспоминала детские игры в бутафорской. Сан Саныч был таким добрым, называл ее сладкой оладушкой, делал все, чтобы ей было весело. Казалось немыслимым, что этот милый, сердечный человек может оказаться жестоким преступником.

Тяжело вздохнув, Стерхова откинулась на спинку кресла. Ее разум и сердце вели между собой борьбу, которая не давала покоя. Но она не могла дать себе слабину, позволить личным привязанностям затмить профессиональный долг и запачкать высокое звание следователя.

Анна порылась в телефоне и отыскала в архиве фотографию, которую несколько дней назад сделала в костюмерном цехе. Кроме Кочетковой на ней был Сан Саныч. Он улыбался, и в его глазах светилась та самая доброта, которую она запомнила с детства. Сфотографировав его на долгую память, теперь она собралась использовать снимок для опознания.

Прикрепив фотографию к чату с коллекционером Ветошкиным, Стерхова написала сопроводительный текст:

«Пожалуйста, посмотрите внимательно, не этот ли мужчина продал вам фотографию в стиле post mortem?».

Уже через минуту ей пришел лаконичный ответ:

«Это был он».

Все сошлось, и, казалось, надо бы радоваться. Но Анне сделалось грустно, как будто она потеряла близкого человека или ее подчистую обнесли.

Несмотря на потрясения, Стерхова ни на минуту не отключалась от дел. Пришедшая в голову мысль заставила ее выдвинуть нижний ящик стола и достать из него бутафорскую корону, обклеенную золотой фольгой. Оглядев ее на свету, она прошептала:

— Поверхность, какая надо.

Поднявшись, она направилась к выходу и дальше по коридору в криминалистический отдел. Там отдала корону и попросила:

— Снимите пальчики как можно быстрее и сопоставьте с теми, что нашли на монтировке и негативах.

— Откуда вы только берете эти улики, – вздохнул криминалист, откладывая в сторону другие дела. – Конца и края им нет.

— Скоро закончим, – пообещала Анна и еще раз попросила: – Как только закончите, немедленно сообщите.

Семенов вернулся в управление после обеда и с порога поспешил обрадовать Стерхову:

— Я нашел историю болезни Демулина! И самое главное то, что он лечился в диспансере весной восемьдесят седьмого года одновременно с Тепляковой.

Стерхова грустно проронила:

— Значит, все-таки он.

— Раиса Исаевна просила ей позвонить, она хотела бы дать комментарии.

— Да, конечно. – Стерхова тут же набрала номер Левитиной: – Здравствуйте, это следователь.

— Скажите на милость, как вам удалось разыскать этого субъекта? – спросила доктор.

— В каждом расследовании рано или поздно наступает такой момент.

— Я изучила его историю болезни и хотела бы дать вам кое-какие комментарии. Думаю, они вам пригодятся.

— Нисколько не сомневаюсь.

— У данного пациента было диагностировано психическое заболевание, при котором больной живет в воображаемом мире и может совершать поступки, не отдавая себе отчета. Это один из подтипов – параноидальная шизофрения. Больной может испытывать бредовые идеи и верить в них. В таком состоянии человек может потерять связь с реальным миром и действовать в соответствии с воображаемыми событиями и персонажами.

— Я поняла.

— Обрисовала диагноз только в общих чертах, поскольку никогда не была лечащим врачом у Демулина… На самом деле все сложнее и глубже. Подобные состояния требуют серьезного лечения, поскольку больной может не осознавать своих действий и их последствий в реальном мире.