Книга Забытое дело Калевалы, страница 59 – Анна Князева

Слишком близко.

Снова посмотрела на карту «Карельского Бастиона». На том же месте – пустота. Никаких обозначений. Только лес, береговая линия и ладожская гладь.

Анна откинулась на спинку стула. Боль ушла под ребра, и голова закружилась. Она закрыла глаза, дождалась, когда темнота перестанет вращаться.

Открыла. Посмотрела на обозначение. На карте Савельева – есть. На карте «Карельского Бастиона» – нет.

Стерхова взяла карандаш и перенесла точку по координатам.

Мелентьев приехал во второй половине дня. Стерхова услышала за окном «Ниву». Двигатель работал на холостых, потом заглох. Тяжелые шаги по дощатой террасе, вежливый стук в дверь.

— Заходите!

Он вошел в комнату. Был с дороги – куртка расстёгнута, лицо запылённое. Ботинки оставили на полу мокрые следы.

— Был на обозначенной точке.

Он остановился у стола, не садясь. Стерхова видела, как напряжены его плечи, как сжата челюсть.

— Там ничего нет. Погреб боеприпасов, может, и был, но всё взорвано. Ровная площадка. Ни входа, ни скал. – Взгляд задержался на ее лице дольше, чем нужно. – Как самочувствие?

— В норме.

Она сказала это ровно, без паузы. Он не стал переспрашивать. Только кивнул, принимая ответ как данность.

— Ищем мотоцикл. – Мелентьев достал блокнот, раскрыл, но смотреть в него не стал. – Чёрный, заднее крыло с белым кругом и семёркой. Марку не вспомните?

— Не заметила.

Она помолчала. В комнате было тихо – ветер за окном шевелил верхушки сосен, и где-то у причала глухо билась о дерево лодка.

— Что по белому микроавтобусу?

Мелентьев закрыл блокнот. Расстегнул куртку до конца – движение было медленным.

— В 1989 году в Сортавальском районе было двадцать машин. Скорая помощь – пять, маршруток – пять. Остальные ведомственные. Леспромхоз, базы, милиция, предприятия.

— Не так уж много.

— Один и тот же «рафик» мог утром возить рабочих, вечером быть маршруткой. – Он закрыл блокнот. – Помощница проверяет машины. Пока результатов нет.

— Что с записью вызова?

— Выслал матери Лихитченко.

— Еще не ответила?

Мелентьев достал телефон. Проверил почту. Движения были медленные, он будто оттягивал неизбежное.

Палец скользнул по экрану и замер. На секунду. На две. Мелентьев смотрел в телефон.

— Не она.

Тишина стала плотной, почти осязаемой. Даже ветер затих, будто прислушался.

Стерхова опустила голову.

— Значит – всё сначала.

Мелентьев водит пальцем по экрану телефона. Карта Савельева. Сетка координат, финские обозначения, прямоугольник с диагональю у самой кромки воды.

— Можно доехать на машине. – Палец замер на точке. – Береговая линия, сразу за базой.

Он поднял голову и посмотрел на Стерхову. Она отодвинула стул и встала – быстрее, чем позволило тело. Покачнулась, но успела схватиться за край стола.

Мелентьев поддержал её за локоть.

— Я говорил. – Голос ровный, без упрёка. – Надо было везти вас в больницу.

Она отстранилась не сразу. Дождалась, когда мир перестанет вращаться.

Три удара пульса. Четыре.

— Подождите меня на улице.

Стерхова подняла голову, посмотрела ему в лицо.

— Теперь, чтобы собраться, мне нужно время.

— Давайте, съезжу один.

Мелентьев не двигался. Смотрел на неё и ждал.

— Нет. Для меня это важно. Поеду с вами.

Мелентьев вышел из номера. На террасе скрипнули доски.