Книга Танцуй для меня, страница 89 – Даниэлла Ник

— Проваливай, Юмшанов! Уходи! – бьется в истерике и бросает в меня игрушками. В ход идут какие-то мячики, куклы, кубики. – За два года ты даже не вспомнил о моем существовании, вычеркнув из жизни как драную кошку. Я думала, ты даже не вспомнишь, как меня зовут!

— Это не так, Котенок! – уворачиваюсь от предметов, и пробираюсь к ней, усаживаюсь на колени возле ее ног. – Я ни на минуту не забывал о тебе, клянусь!

— Только я уехала, ты притащил в дом свою бывшую! Я сразу все поняла, когда резко перестал звонить мне и писать, прикрываясь усталостью. Я не дура, Егор. Я все поняла. До последнего надеялась, что ты любишь меня! Глупая, наивная! Оксана предупреждала меня, чтобы я с тобой не связывалась, но я не послушала ее. Стала просто очередная!

— Саша, прости меня! Я знаю, что мне нет оправдания. Просто поверь – ты не была очередной, клянусь. И если бы не обстоятельства, я никогда в жизни не отпустил бы тебя!

Она близко, так близко, что чувствую ее приятное тепло через расстегнутый пуховик и рубашку. От ее запаха с ума схожу. Боже, что я натворил вообще! Готов волосы на голове рвать от бессилия, так хочется обнять и прижать к себе.

Она не верит мне и, похоже, не слышит, продолжая выкрикивать ругательства и рыдать, опускаясь рядом.

— Мам! – раздается тоненький голосок.

Зачем он приехал? Зачем душу мне рвет своим присутствием? Говорит о каких-то обстоятельствах и прощения просит. Пиздобол! Я не сдерживаюсь в высказываниях, накипело. Все, что держала в себе, вырывается из меня как пена из бутылки с газировкой, которую взболтали.

Он что-то шепчет мне, пытаясь успокоить, но я не в себе. Хватит! Демоны вырываются наружу, все до одного!

— Мам! – зовет меня Таюша.

Я вытираю нос и слезы. Поднимаю на нее свои заплаканные глаза.

— Малышка моя! – расставляю руки. – Иди к маме. Проснулась?

С опаской поглядывая на своего отца, она шлепает ко мне босыми ножками.

— Горячая какая! – целую ее в лобик. – Сейчас позвоним Диме, попросим его купить нурофен нам после школы, да? Он как раз скоро придет. Пойдем, моя хорошая, я там оладушки испекла, чаек тебе сделала.

Егор сидит на полу и не сводит с нее взгляда, рассматривая каждую деталь. На лицо читается неверие и восхищение. А у меня будто двоится перед глазами. Они невероятно похожи. Глаза, нос, форма головы. Просто ксерокс.

— Я схожу до аптеки! – хрипло произносит он. – Что еще купить нужно?

— От горла что-то и капли в нос, на всякий случай. Я не брала с собой лекарства, она редко болеет. – перевожу дыхание, постепенно приходя в себя. – Я дам тебе деньги.

— Не надо. Я мигом!

На подгибающихся ногах мы с Таей возвращаемся в гостиную. Она что-то лепечет, но я не слушаю. В душе полный раздрай. Я не знаю, что будет дальше. Егор. Он приехал. Он хочет узнать правду, и узнает ее во что бы то ни стало.

С горем пополам, дочь съедает одну оладушку, но пьет охотно, выпивает весь чай и я делаю новый. Как раз возвращается молодой человек. Он буквально заполоняет собой все пространство, большой и высокий, несмотря на мороз, пышет жаром через расстегнутую куртку.

— Саш! Я же не слепой! – говорит он мне спокойно, пока я набираю в мерный шприц лекарство. – Она похожа на меня, как две капли воды.

Я молчу, ловко засовывая лекарство за щечку. Оно со вкусом клубники, и Тая не капризничает, запивает водой и садится смотреть мультики. Обычно, я включаю максимум на пятнадцать минут, но сегодня не могу иначе.