Книга Только мой…, страница 74 – Ольга Маслюкова

— Быстро же твоя жизнь изменилась, — ухмыльнулась подруга.

— Как видишь, и я об этом не жалею.

— И у подружки тоже изменилась? Исчезла, не работает уже…

— И у нее изменилась.

— С ней все ясно: уже не тайна, что укатила в Австрию с шефом. Конечно, там у нее работа будет получше. Но ты-то причем здесь? Приезжаешь на машине шефа, как королева… Никак не пойму.

— Нина, если все уже осведомлены, зачем мне что-то говорить тебе?

— Все, да не все. Мы ведь с тобой сидим в одном кабинете, я думала, что мы подруги. А у тебя тайна за тайной. Вокруг слышу одни предположения.

— Не доставай меня расспросами, Нина. Придет время, может, и расскажу, а пока пусть еще посплетничают. Это же весело.

Полина замечала, как шушукаются за ее спиной коллеги, как смотрят ей вслед, и это ее смешило. Когда она входила в приемную, Олечка старалась во всем угодить. Если там был кто-то из коллег, ее рассматривали, как некое чудо, она больше никогда не ожидала, когда подойдет очередь войти в кабинет шефа.

Вскоре Владимир перевел Полину в кабинет, подготовленный для матери и опустевший после ее отъезда. Шеф лично от Вильгельма узнал о помолвке, после этого стал относиться к Полине как к родственнице босса.

Слухи по офису ходили разные, но кроме него никто не знал, что Татьяна — мать Полины. Так и считали, что подруга сумела завоевать сердце хозяина компании. Эту тайну Владимир, как и обещал, пока хранил.

* * *

Родители Вильгельма жили в Альпах, в Инсбруке — городе, который давно облюбовали любители зимних видов спорта. Их дом находился недалеко от особняка сына, там и устроили торжественный прием. Пожилые люди были рады приезду Вильгельма и Татьяны, встретили их горячими объятиями и приветливыми улыбками. Герр Никлас и фрау Джоанна оказались очень приятными гостеприимными людьми. Оба, несмотря на солидный возраст, строго следили за здоровьем, а потому выглядели моложаво и ухоженно.

Недели за две-три до Нового года австрийцы с присущими им энтузиазмом и тщательностью превращают свои дома, да и всю страну в целом в зимнюю сказку. Очаровательные домики, похожие на имбирные пряники, украсили еловыми ветками, тысячами озорных огоньков, деревянными игрушками ручной работы, а потому рождественская атмосфера воцарилась в Инсбруке задолго до наступления праздника. Все преобразилось, засверкало, люди радовались, готовили подарки родным и близким.

Прошло две недели с тех пор, как Татьяна прибыла в эту изумительно красивую страну, где горные хребты, покрытые густыми лесами, перемежаются альпийскими лугами и долинами, быстрыми речками. Здесь ей нравилось все: природа, люди, традиции, кухня. И не было такого дня, чтобы женщина не навестила родителей Вильгельма.

Свадьба должна была состояться через месяц. Жених и невеста решили венчаться. Вильгельм купил Татьяне свадебное платье, за которым специально ездили в Вену, в самый престижный свадебный салон. Она постепенно привыкала к новой обстановке и, казалось, была счастлива. Одно не давало покоя — тоска по дочери. Каждый день Татьяна звонила ей или связывалась по интернету. Вильгельм постоянно был занят, ведь помимо приготовлений к свадьбе продолжал заниматься бизнесом. Но Татьяна привыкла месяцами ждать Сергея и не обижалась. Тем более что командировки Вильгельм пока отложил, все вопросы решал по телефону, и они каждый день находили время побыть вдвоем. Общение с фрау Джоанной скрашивало одиночество. Татьяна чувствовала, что нравится родителям, и была с ними вежлива, доброжелательна.