Книга Причал её надежды, страница 96 – Ольга Маслюкова

— Если вы будете волноваться каждый мой рейс, то ради вас я брошу летать. Мне нужны здоровые родители.

— Нет, доченька, нет… Мы привыкнем, — услышала она голос отца, спускающегося по лестнице.

— Смотрите у меня… — засмеялась София. — Я человек решительный.

— Понимаю, ты же дочь генерала. С возвращением! — Он обнял дочь. — Мать уже и стол накрыла.

— Я сейчас.

Прошло полчаса. София вышла из ванной, кутаясь в махровый халат.

— Вот и я.

— Садись, давай. Мы уже заждались, — торопил отец. — Сегодня можно и по сто граммов.

— Можно, можно, — улыбалась Надежда Фёдоровна.

Оленька сидела на ее коленях, и бабушка кормила внучку манной кашей. Лори ходила вокруг стола и терлась у ног Софии.

— Соскучилась.

— Олечка ее уже гоняет, а та, играя, убегает. Заберется на спинку дивана или кресла и смотрит на нее настороженно.

— А как же Тайфун? Он любит Олечку?

— Тайфун теперь все время на улице. Линяет. Олечка на полу ползает, и игрушки на полу. Каждый день у нас влажная уборка.

— Мамочка, завтра я помогу тебе.

— Не нужно. К нам приходит горничная. Ее Нина зовут.

— Мама, папа, это же дорого.

— Ничего. У нас пенсия, отец мед продает — его охотно покупают. Ты пошла на работу. Все нормально. У нас все есть. Теперь только Олечке все нужно.

— Хорошо. Я буду подрабатывать.

— Еще чего! — возразил отец. — Запомни: пока мы живы, ты не одна. Я же генерал! Забыла? Пенсия достойная. Можем еще и повара нанять.

— Хорошо, папа, посмотрим. Завтра после обеда у меня встреча с важным человеком. Мама, ты не возражаешь? Я понимаю, что не успела приехать и опять должна покинуть вас. Так совпало… Мамочка, не сердись, пожалуйста, — загадочно прищурилась София.

— Ох, лисичка… А маме расскажешь, что это за важный человек?

— Конечно, но потом.

— А следующий рейс когда?

— Пока не знаю. Должны позвонить.

— Поняла. Если нужно на встречу — езжай.

— Спасибо, мама!

Егор Ефимович налил стопочку.

— Девочки мои, а вам что налить? Ведь вчера был день рождения нашей Сонечки.

— Давай, папочка, по чуть-чуть твоей медовухи.

София рассказала, как ее поздравил экипаж и какие они прекрасные люди. После ужина чмокнула мать в щеку, взяла на руки Олечку и поднялась в детскую.

Утром София встала рано, хотя всю ночь проворочалась — вспоминала все до мелочей. До полудня оставалось еще целых шесть часов. Она старалась успокоиться, но волнение не проходило.

«Что это я так разволновалась? — спрашивала себя девушка. — Когда я встретила его первый раз, была спокойна. А ведь он в той же компании, что Иван. Самый главный. Мы даже телефонами не обменялись — за что когда-то Юля меня ругала. Но мне было безразлично. Какой-то немолодой мужчина, может, вдвое старше меня, пожалел девчонку, напоил кофе. Я тогда посчитала, что это просто нелепый случай. Почему же я сейчас так волнуюсь? Надо же… встретить его в самолете… я его даже не узнала, и он меня не узнал. Но потом… позвонил… Ну и что? Если хочет со мной рассчитаться за работу — я не приму его денег. У этих богачей все за деньги. А если человек просто помог — и все… они этого не понимают».

София выпила кофе, вышла на улицу, прогулялась по аллее сада. Все еще спали, тишину нарушал только несмелый в эту пору стрекот кузнечиков. Тайфун лежал на пороге, положив морду на лапы, и поглядывал на Софию умными глазами.