Книга Любовь без выходных, страница 16 – Ашира Хаан

Присаживаюсь на корточки в надежде все-таки понять – где тут что-нибудь можно перезагрузить или включить, или хотя бы воткнуть сетевой шнур. Свят устраивается рядом, так что его локоть то и дело задевает мой, а бедро так близко, что приходится себя контролировать, чтобы не коснуться случайно. Он ведь наверняка все не так поймет! От этого напряжения начинают ныть мышцы и копиться раздражение.

— Что-нибудь понимаешь? – спрашиваю я полушепотом.

— Неа, – тоже полушепотом отзывается он, но зачем-то нажимает несколько кнопок, прежде чем я успеваю среагировать.

— Да блин! Свят!

Но абсолютно ничего не происходит, хоть мы и замираем на долгие секунды в ожидании.

— Здесь пахнет, как у твоей бабушки на чердаке, – шепотом говорит Афанасьев. – Как будто сеном и сушеными яблоками. Помнишь?

Я чувствую его дыхание на своем лице, но отодвинуться тут некуда.

Втягиваю носом воздух – и тоже на мгновение проваливаюсь в тот сентябрь, который мы проводили на бабушкином сеновале в обнимку с учебниками, планшетами и друг другом.

Свят медленно наклоняется ко мне, и я вижу, как блестят в полумраке его глаза.

Ближе.

И еще ближе.

Почему-то не могу сказать ни слова.

Он протягивает руку и заправляет за ухо мою еще влажную после душа прядь волос.

— У тебя тогда выгорели волосы и были точно такого же оттенка, как сено, – говорит он с полуулыбкой.

— Это не комплимент, Святослав Семенович! – говорю я раздраженно и пытаюсь подняться на ноги.

Но они затекли, и я чуть не падаю – приходится ухватиться за приподнявшегося Свята. И вся равно я практически бросаюсь ему в объятия. Он встает, поднимая меня за собой, но не спешит убрать руки с моей талии.

Свитер задрался, и его горячие пальцы касаются голой поясницы. От этого кожу слегка покалывает и разбегаются острые мурашки.

Я делаю глубокий вдох…

И Свят снова начинает наклоняться, не отрывая взгляда от моего лица.

Сердце колотится так, что почти выпрыгивает из горла, но я быстро делаю шаг назад, что не падая в люк.

— Мне надо р… работать! – быстро говорю я.

— Конечно, конечно, – он протягивает мне ноутбук, держа чуть крепче, чем нужно, так что приходится приложить усилие, чтобы выдернуть его из цепких пальцев. – А я отдохну.

— А готовиться к корпоративу? Представиться коллегам? – удивляюсь я.

— Вот ты и готовь мое представление. А я справлюсь экспромтом, – он присаживается на корточки, упирается ладонями в края люка и спрыгивает вниз.

Без интернета мне заниматься нечем. Все, что я хотела сказать о Святославе Семеновиче Афанасьеве коллективу, я уже сказала в курилке, дополнительного шоу не требуется.

Поэтому заваливаюсь на диван и решаю включить телевизор в надежде, что спутник все-таки есть. Но нет – экран встречает меня шуршанием «снега» и подключаться куда-либо отказывается.

Афанасьев тем временем притаскивает в гостиную свой собственный ноутбук и включает на нем какой-то фильм. Судя по обрывкам фраз – интересный. Однако вместе посмотреть не предлагает, лежит, хихикает в одиночестве.

Я бы, конечно, гордо отказалась, но он даже не пробует!

Зато предлагает кое-что другое.

— Ренат! – лениво зовет он с дивана. – Сделай чего-нибудь перекусить, с утра не жрамши.

— Сами сделаете, Святослав Семенович, – с удовольствием отбриваю я.

— Это разве не ваши рабочие обязанности, Рената Романовна? – он садится, откладывая ноутбук и с интересом смотрит на меня.