Книга Смертельный след, страница 124 – Андреас Грубер

Снейдер проводил их взглядом и еще раз пробежал в памяти, что написали Костюм Армани и другие. Эти упражнения дали ему возможность заглянуть за фасады этих обеспеченных гостей отеля, чего, вероятно, и хотел достичь Конрад своим воркшопом. Будучи, как и Конрад, психологом по образованию, Снейдер смог составить точный портрет каждого из пятнадцати участников, основываясь на их поведении, мимике, жестах, внешности и текстах.

Но какая от этого польза в такой случайно собранной группе?

После обеденного перерыва они снова встретились в 13:45, и Снейдер продолжил следовать указаниям Конрада. Ролевые игры, управляемые трансовые путешествия и тактильные упражнения с деревянными кубиками сменяли друг друга. Для участников время пролетело незаметно – для Снейдера же оно тянулось мучительно медленно, и ему приходилось прилагать немалые усилия, чтобы не отпускать слишком много своих язвительных комментариев.

Зато предпоследнее письменное упражнение ближе к вечеру вновь пробудило в нем интерес. «Перед кем и за что я должен извиниться?» Он предложил всем зачитать результаты вслух – на этот раз добровольно – и узнал о тайных чувствах вины, угрызениях совести и личных раскаяниях большинства участников.

После этого упражнения поднялась самая старшая участница группы – элегантно одетая, чрезвычайно обаятельная дама, чье изящное ожерелье и серьги с рубинами прекрасно сочетались с начесанными рыжими волосами. Она собрала свои бумаги и прочистила горло.

— Я благодарю вас за исключительно интересный и вдохновляющий день, господин Пакула, – произнесла она подчеркнуто медленно, с характерным швейцарским акцентом. – Но, боюсь, долгое сидение в этом кондиционированном помещении все больше усугубляет мои проблемы с кровообращением.

На ее табличке было написано «Кэте», и Снейдер знал по списку участников, что ее зовут Кэте ван Цвитен, что она изучала архитектуру, родом из Цюриха, ей семьдесят один год и она проживает в апартаментах «Сансет». Он открыл свой набор акупунктурных игл и протянул ей.

— Пара игл, протертых освежающей салфеткой, в нужные точки – и вы снова почувствуете себя бодро.

— Очень любезно с вашей стороны, но нет, благодарю. – Кэте улыбнулась, и по выражению ее лица можно было догадаться, что у нее сильная головная боль. – Боюсь, в моей голове уже царит зияющая пустота, и добавить что-то осмысленное я больше не в силах. Я прилягу на пару часов. – Она кивнула ему. – Спасибо вам за все. Думаю, мало кто может с вами сравниться. Благодаря вам мне многое в жизни стало ясно.

— Рад это слышать, – пробормотал Снейдер.

— Остальным желаю приятного вечера. – Она сунула бумаги под мышку и покинула зал.

Снейдер посмотрел на часы. Было уже 16:30.

— Перед завершающим упражнением сделаем небольшой перерыв.

Все благодарно поднялись, потянули затекшие мышцы и вышли на террасу, где беспощадно палило послеполуденное солнце. Сам Снейдер еще некоторое время оставался в семинарском зале, просматривая материалы Конрада к финальному заданию. Затем он заказал еще одну чашку ванильного чая, которую тут же принесли, и лишь после этого вышел наружу.

На всякий случай он встал с чаем в укромном уголке террасы, под тенью пальмы. Поскольку до сих пор он не проявил себя как король светской беседы, никто из остальных не пытался завязать с ним разговор. Так он мог спокойно наблюдать за участниками – как они переговаривались между собой, обсуждали воркшоп и незаметно пытались выяснить, у кого яхта больше и портфель акций солиднее. Среди них не было ни одного террориста – в этом он был уверен почти на сто процентов.