Книга Маскарад, страница 236 – Ирена Мадир

— Иолит, серьёзно? Какого хуя? – удивляется уже Эвклаз. – Это твоя ответственность!

— Конечно, и я сделал всё ради того, чтобы мой руад процветал. Ты будешь отличным иртаахом, а наставник – великолепным каданом.

— А ты?

— А я буду переговорщиком между Родолитом и Ногатом. Мы вернём тёмных к сотрудничеству.

— Киро ни, такое нужно обговаривать заранее, – замечаю я.

— Впредь так и буду делать. Честно!

— Манипулятор сраный, – ворчит Родолит.

Я тяжело вздыхаю. Да, перевоспитание Иолита будет делом небыстрым…

Спустя пару минут двое тёмных всё же покидают палату, оставляя меня с Призраком. Тот садится вновь на край койки и косится с виноватым видом.

— Всё очень плохо?

— Ну, им ты вряд ли купишь мобили в качестве извинений, – хмыкаю я.

— Родолит мог отказаться, мне пришлось сделать так, чтобы у него не осталось выбора. Перед остальными шанс его отказа был меньше, а никто, кроме него, не достоин вести за собой руад.

— Понимаю. Но с точки зрения этики это плохой поступок.

— Этика… Точно…

— Ты мог бы убедить его. Уверена, Родолит бы согласился в итоге, как и я согласилась бы стать твоей хасса… – Я пододвигаюсь к нему и обнимаю, кладя голову на его плечо.

— Мне было страшно… Страшно, что всё же не получится… Ни с наставником, ни с тобой… Мне правда жаль, Юна. Хочешь, я заберу кулон? Возьмёшь его, когда будешь готова и…

— Ага, прямо разбежалась! Это мой кулон!

Иолит негромко посмеивается, снова стягивая с лица маску и откидывая её в сторону.

— Но, можешь сообщить Родолиту, что примешь его отказ, – подсказываю я.

— А если он действительно откажет?

— Мы будем думать, исходя из его решения, а не пытаться подстроить всё так, чтобы у него не осталось выбора.

— Радует, что думать будем именно мы.

— А куда я денусь от своего киро?

— Почаще меня так называй.

Я хихикаю, целуя его щёку в шрамах.

— Слушай… Если тёмный отдаёт украшение с камнем, в честь которого назван, что делает невеста?

— То же самое. Но человеческие женщины обычно дарят что-то с выкованной первой буквой их имени… А что?

— Да так… Останешься на ночь? – тихо спрашиваю я.

— Уверена?

— Более чем, дорогой. Более чем…

(Кода 43)^[43]

Я немного нервничаю, и это замечает Дикарка. Она, как всегда, проницательна, даже пока ведёт свой мобиль. Однако ничего не говорит. Вероятно, считает, что я просто беспокоюсь по поводу приёма в честь свежеиспечённого кадана – Родолита.

Прошло больше полугода, за которые он смирился с мыслью об этом титуле, а все недовольные смолкли. Эвклаз и многие другие помогали Родолиту освоиться заново, а я внезапно стал кем-то вроде его правой руки. Нельзя было покинуть наставника, оставив разбираться с последствиями правления Рутила. Мне и так позволили провести ещё декаду, не отрываясь от моей Юны.

Какое-то время она жила у меня, прямо под театром и ходила на работу вместе с Маго, каждое утро сопровождавшую свою подругу. Сейчас у Дикарки с моей подачи появилась новая квартира недалеко от театра, где мы иногда ночевали. Она успела освоиться в качестве заместительницы Волберта и выучилась водить мобиль. Жизнь постепенно становилась спокойнее, чему и я, и она были рады.

И всё же… Моя рука проверяет внутренний карман пиджака, когда мы выходим из мобиля у загородного дома, в котором когда-то жил и я сам. Тут обычно проводил время мой дед, вдали от городской суеты. Сейчас этот дом облюбовал Родолит, о чём невозможно было не подшутить, ведь два старика предпочитали покой природы, выезжая в город, как на работу. Наставник, конечно, был куда младше, моего деда, но избежать шуток ему всё равно не удавалось.