Книга Маскарад, страница 135 – Ирена Мадир

— Всё того же и… И чтобы ты убрал моё изображение отсюда и больше не делал то, что ты там делаешь… – неуверенно отвечаю я.

— Считаешь дело в этом? В алтаре и твоём изображении на нём? – Призрак скалится. Он похож на психа, когда хватает тонкую картонку с моим лицом, отпечатанным на ней, и отбрасывает ту в сторону. – Тогда заменим копию оригиналом!

Он не даёт мне ответить, вместо этого хватает за талию и поднимает, усаживая на алтарь.

— Что ты творишь?! – взрываюсь я, пытаясь сползти, но Призрак не позволяет.

— Проверяю твою теорию. – Он толкает меня, заставляя упасть всем телом на алтарь.

— Мудила! У меня и так синяки после тебя!

— Да что ты? Уверен, они теперь быстро заживают, и твоя рука заживёт быстро, – Призрак поднимает кровоточащую ладонь, слизывая алые капли.

А я даже не могу возразить, ведь в чём-то он точно прав: синяки, которые сходили после его ночного визита и царапины от ксенов на бёдрах загадочным образом исчезли, стоило добраться до дома. Это произошло слишком быстро, будто кто-то или что-то вылечило меня…

— Объясни, поч?.. – Рот Призрака накрывает мой, не давая договорить.

Он придавливает меня своим телом к алтарю, терзая губы алчным грубым поцелуем. Я чувствую привкус собственной крови и почти задыхаюсь, пытаясь не шевелиться, не двигаться, не делать то, что так хочется… Его клыки царапают меня, но боль лишь разжигает пламя внутри. Это грёбаный пожар, похожий на стихийное бедствие – так ощущается моя глупая влюблённость.

Колено Призрака опускается между моих ног, упираясь между ними и создавая слишком приятное давление. Я задыхаюсь, и он милостиво отстраняется, зависая надо мной. Его рот испачкан моей помадой, пыльно-розовый оттенок мазками украшает кожу в шрамах. На моих губах остаётся слюна, которую я показательно слизываю и сглатываю, не отрывая взгляда от Призрака.

Его дыхание сбивается, и он снова наклоняется, поцелуями оставляя пылающие метки на шее и ключицах. Я резко втягиваю воздух, когда Призрак поддевает лямки и спускает их вместе с платьем, открывая вид на мою грудь. Температура помещения контрастирует с горячим влажным ртом, втягивающим мой сосок.

Стон будто вспарывает губы. Он болезненный, потому что неправильный. Его не должно существовать, я не должна наслаждаться ласками, но делаю это. Опять. Призрак сминает вторую грудь и приподнимается, явно любуюсь проделанной работой.

— Я низшее существо. – Остаётся лишь напоминать ему, в надежде, что он сам остановится.

— На этом алтаре ты – моё подношение, – хрипло выдыхает Призрак.

Он отталкивается от каменной поверхности, слезая с меня и тут же хватая за щиколотки. Призрак дёргает меня, сдвигая тело к самому краю. Платье задирается, сминается где-то в районе живота.

— Что… Что ты творишь?

— Собираюсь вкусить своё подношение… А теперь раздвинь ножки.

Не могу вымолвить и слова, когда вижу, как Призрак опускается перед алтарём, на котором раскинулась я. Не дожидаясь моего позволения, он резко срывает с меня бельё и с силой разводит мои колени в стороны.

Начинает казаться, что я сплю, вот только не понимаю: это кошмар или сладкая греза? Теперь уже самой хочется повторить все те слова, что Призрак настойчиво говорил: про скверну, недостойность и всё в таком духе. Возможно, подобное всё же отрезвит его… Вот только не уверена, что хочу этого. Мне слишком любопытно, как его рот будет ощущаться между моих бёдер.