Книга Развод. Учись жить без меня. Книга 1, страница 45 – Елена Валерьева

— Я слил часть архива Роману сам.

У меня воздух в легких кончился.

— Что?

Людмила тоже ошарашенно уставилась на телефон.

— Я не мог дать это тебе напрямую, — продолжил Леон. — Ты бы не поверила, что я не редактировал, не чистил, не готовил удобную версию. Через него у тебя есть шанс принять это как независимый источник.

Я села.

Потому что ноги просто перестали держать.

— То есть… это ты?

— Частично. Не все, что у него есть, от меня. Но ключевые материалы — да.

Я смотрела в пустоту.

Это было в его стиле. Гениально. Подло. Логично. Эффективно.

Использовать сына врага как безопасный канал к женщине, которая больше тебе не верит.

— Ты совсем больной, — прошептала я.

— Возможно.

— Ты хоть понимаешь, как это выглядит?

— Понимаю.

— Нет, Леон, не понимаешь! — сорвалась я. — Ты снова играешь в шахматы с моей жизнью! Даже помогая мне, ты все равно не можешь сделать это прямо! Все через схемы, людей, ходы, перекладки!

Он долго молчал.

Потом сказал тихо:

— Потому что прямо ты бы мне не открыла дверь.

Черт бы его побрал.

Потому что это была правда.

Я закрыла глаза.

— И что теперь? Хочешь, чтобы я сказала спасибо?

— Нет.

— Тогда что?

— Чтобы ты использовала это правильно. И не ломала себя о месть быстрее, чем их.

Смех вырвался сам. Хриплый. Злой.

— Поздно переживать за мою душу, Леон. Надо было раньше.

— Я переживаю не поздно. Я переживаю постоянно.

Я выключила звонок.

Потому что еще одна такая фраза — и меня снова качнет туда, куда нельзя.

Но теперь я знала еще одно: даже воюя со мной, он все равно продолжает пытаться спасать меня из-под стола. Исподтишка. Через чужие руки. Через схемы.

И самое страшное в этом было то, что часть меня все еще считала это любовью.

---

Глава 30. Роман

Глава 30. Роман

Когда Леон позвонил мне третий раз за двое суток, я уже почти ждал, чем это закончится.

Но в этот раз разговор был другим.

Без угроз.

Без рычания.

Даже без его обычного железа в голосе.

— Ты передал ей архив? — спросил он.

— Передал часть.

— Хорошо.

Я приподнял бровь, хотя он этого не видел.

— Неожиданное начало.

— Не обольщайся. Я не собираюсь тебя благодарить.

— А жаль. Мне бы пошло.

Он пропустил мимо.

— Слушай внимательно. После публикации второй волны Дерезин пойдет не только по репутации. Он может попробовать качнуть медицину. Экспертизы, слухи про нестабильность, рекомендации “беречь женщину от стресса”. Если увидишь, что рядом с ней появляются новые врачи не из ее контура — бей тревогу.

Вот тут я уже замолчал серьезно.

— Ты думаешь, они полезут так далеко?

— Думаю, если прижмет — полезут.

Я медленно опустился в кресло.

Перед глазами почему-то встало лицо Мирославы на той веранде. Светлое платье. Усталые глаза. Очень прямая спина. И этот тихий, предельно взрослый взгляд женщины, которой уже некуда отступать.

— Понял, — ответил я.

Снова пауза.

Потом Леон произнес:

— Не делай ей больнее, чем уже есть.

Я даже усмехнулся.

— Это ты мне говоришь?

— Да. Именно я.

— И как ты предлагаешь это выполнить? Вообще не разговаривать с ней? Не смотреть? Не помогать?

— Помогай. Но без грязи.

Я посмотрел в окно.

Интересно.

Очень.

Мужчина, который сам все испачкал, теперь предупреждает другого, чтобы тот не залез в ту же яму.

Либо это остатки совести.

Либо он чувствует опасность сильнее, чем хочет показывать.