Книга Беременна от жениха сестры, страница 22 – Елена Валерьева

— Достаточно. Я выйду за него. И тебе пора прекратить вести себя так, будто ты имеешь на него хоть какое-то право.

---

Глава 15

Глава 15

Меня будто ударяют в грудь.

Наотмашь.

Без предупреждения.

Без воздуха.

Я смотрю на Веру и не узнаю ее.

Не потому, что она злая.

А потому, что она больше не прячет злость вообще.

— Что? — выдыхаю я.

Она держится прямо, но голос уже дрожит.

— Ты все прекрасно поняла.

— Нет, не поняла.

— Тогда я скажу яснее.

Отец открывает рот, будто хочет остановить ее, но не успевает.

Потому что Веру наконец прорывает.

— Ты смотришь на него так, будто тебе кто-то разрешил! — в ее голосе столько боли, что у меня на секунду отнимаются слова. — Будто ты уже мысленно поставила его рядом с собой! Но это не твое, Мира! Не твое! Слышишь? Ты вечно приходишь туда, где все уже выстроено, и ломаешь, потому что тебе скучно быть второй!

У меня начинают дрожать пальцы.

— Это неправда.

— Правда! Ты всегда хотела не то, что тебе нужно, а то, что уже выбрали для кого-то другого! Ты не умеешь жить внутри границ, тебе нужно проверять, можешь ли ты отнять! Перетянуть! Доказать, что тебя выберут!

— Замолчи, — шепчу я.

— А что, больно? — у нее уже тоже дрожат губы. — А мне каково, по-твоему?! Мне каково смотреть, как ты влезаешь взглядом, голосом, самим своим присутствием туда, куда тебя не звали?

Я отступаю на шаг.

Глеб молчит.

Отец молчит.

И от этого еще хуже.

Как будто весь этот страшный разговор должен был случиться давно, просто все ждали правильного момента.

— Я не влезала, — говорю я, чувствуя, как слезы подступают к глазам. — Это он…

Я осекаюсь.

Потому что не могу договорить.

Не при отце.

Не при ней.

Не при нем.

Вера горько улыбается.

— Конечно. Всегда не ты. Никогда не ты. Все вокруг виноваты, да?

— Вера…

— Нет! Сегодня ты меня дослушаешь. Ты думаешь, мне легко? Думаешь, я счастлива? Думаешь, я не вижу, как он на тебя смотрит?

Комната замирает.

Я больше не слышу ничего.

Совсем.

Только эти слова.

Как он на тебя смотрит.

Я перевожу взгляд на Глеба.

И сразу понимаю: не показалось.

Ему не все равно.

Ни капли.

Он стоит неподвижно, но в глазах у него вспыхивает что-то темное, опасное.

Вера тоже это видит.

И потому говорит уже тише. Почти шепотом. Но каждый звук — как стекло под кожу.

— Но даже если так… Даже если он тебя хочет… Он все равно женится на мне. Потому что я — правильный выбор. А ты — слабость. Проблема. Ошибка, которую потом будет удобно скрыть.

Мне становится нечем дышать.

Потому что она попадает туда, куда я сама боялась даже мысленно смотреть.

А если она права?

Если я для него не больше, чем срыв?

Ненормальная тяга.

Плохая привычка.

То, от чего потом отказываются в пользу правильной жизни.

— Все, — резко говорит Глеб.

Его голос будто разрезает комнату.

Он делает шаг вперед.

Смотрит не на меня.

На Веру.

— На сегодня достаточно.

— Нет, — выдыхает она, и вдруг в ее взгляде проступает настоящая ненависть. — Недостаточно. Пусть она знает, что проиграла. Пусть хотя бы раз не строит из себя жертву.

Я смотрю на сестру и чувствую, как внутри умирает что-то очень старое.

Наверное, остатки нашего детства.

Наверное, моя вера в то, что мы когда-нибудь снова сможем быть просто сестрами.

— Я не воюю с тобой, — говорю я тихо.

— Уже воюешь.