Книга В разводе. Лоскутное одеяло сердца, страница 34 – Лана Полякова

— Мама не пустит тебя на порог. А это её дом. Имей уважение, Крылов, – перебила я его, пока скандал не разгорелся с новой силой.

Глава 22

— Я знаю, где расположена лаборатория, и отвезу вас, — оживился Тимур, со своей стороны, предлагая мне помощь.

— Спасибо, Тимур! – быстро ответила я, переключая внимание на себя, и продолжила, стараясь держать ровный и уважительный тон, — Я благодарна тебе за то, что ты предложил нам защиту. Постараюсь не доводить до крайности. А твою поддержку в трудную для меня минуту я не забуду никогда. Я бесконечно ценю, что ты пришёл мне на помощь. Это важно для меня. И то, что ты готов именем своей семьи рискнуть ради нас – дорогого стоит.

Тимур смотрел на меня по-новому. Вероятно, впервые понимая, что мы действительно разные и совсем не подходим друг другу. Что из меня никогда не получится домашняя милая жена, послушная воле мужа и его родственников.

— Но, несмотря на это ты не изменишь своего решения… — тихо и печально проговорил Тимур, чуть склоняя свою голову к плечу.

— Не изменю. Да и ты сам понимаешь, что ничего не получится. – быстро и чётко ответила я, не давая ни малейшего шанса на двусмысленное понимание.

Тимур усмехнулся. Немного горько, но вполне дружелюбно, к моему большому облегчению, и проговорил даже немного весело:

— Очень жаль, Мирослава. Тем не менее моё предложение ещё в силе.

— Мы доберёмся с Антошкой самостоятельно. Не нужно беспокоиться. Спасибо тебе! – тут же ответила я, переводя опасную тему в плоскость текущих реалий.

Только разборок с Тимуром мне сейчас не хватает! А вот не нужно было тянуть с ответом! Сделала бы всё вовремя и не мялась бы сейчас в неудобной позе!

Пока мы раскланивались с Тимуром, Крылов не сводил с нас своего бетонного взгляда. И от этого взгляда холодом сковывало мой позвоночник. Я, боясь продолжения агрессии, развернулась и, достав ключи от калитки, попыталась попасть ими в замочную скважину.

Закрывая плечом от всех, как дрожат мои пальцы, я с помощью второй руки кое-как вставила ключ в замок и, проворачивая, предупредила всех:

— Заходим быстро!

Шагнула во двор первая, перехватывая собаку за ошейник и приговаривая:

-Хороший мальчик! Умница моя! Сидеть, мой милый! Не надо есть этого дядю. Он не вкусный и противный!

Я бормотала глупости, успокаивая Трика, пока мама не захлопнула калитку.

А после мы все зашли в дом.

Трик, убедившись, что семья в безопасности, потрусил дальше нести свою службу, басовито гавкнув у калитки для порядка.

Я рухнула на пуф в коридоре, чтобы разуться, и, заметив праздничные шарики в своём намертво зажатом кулаке, закашлялась немного нервным смехом. Мама, поддержала меня вначале хихиканьем, а после тоже рассмеялась в голос, не сдерживаясь. До слёз.

— Мам, ба, вы чего? – спросил Антошке, не понимая нашего веселья, и я, притянув его к себе, обняла, уткнувшись в пахучую детскую макушку.

— Ничего, мой птенчик, это мы с бабушкой от нервов. Не переживай! – вытирая слёзы ладошками, проговорила я.

— Мам, кто это был? Что за дядя и что он от нас хотел? – спросил Антон, и я растерялась.

Как сказать?

И уже нет возможности отпетлять. Нужно говорить правду.

Ну почему всё так сложно, мамочка?

— Это твой папа, Антон. – сказала я, чуть отстраняя Антошку от себя, чтобы видеть глаза сына.