Книга В разводе. Лоскутное одеяло сердца, страница 32 – Лана Полякова

Трик завозился с той стороны, низко и агрессивно рыча, а из передней, самой большой машины выпрыгнул на грязный асфальт собственной персоной мой бывший муж.

Похоже, к нам пожаловал его высочество Крылов с группой поддержки.

Тимур зашипел что-то на своем языке, и я мельком глянув не него, поразилась переменам. Этот мальчик действительно готов защищать меня? Только не это!

Я сделала шаг к калитке, вцепившись в ручку и готовясь сбежать во двор, но застыла под взглядом бывшего мужа.

— Мирослава! – прорычал издалека Крылов, глядя на меня как на врага.

Трик зарычал совсем уж низко и страшно, и я поняла, если открою калитку, то собакин кинется на моих обидчиков и охрана Крылова положит мою собаку на глазах моего сына!

Рядом с бывшим мужем как-то незаметно для меня образовались охранники, и вся эта толпа агрессивных мужиков двинулась в нашу сторону.

Он надвигался неизбежно. Как возмездие, не торопясь, медленно вышагивая в мою сторону и подавляя своей силой и властью, он надвигался неумолимо и страшно.

Я чувствовала себя ничтожной, жалкой букашкой на его пути, неспособной к сопротивлению.

Казалось, ничто не может остановить этот надвигающийся поезд, этот кипящий ненавистью ураган, приближающийся ко мне, наседающий на меня, и никто не спасет меня от его праведного гнева.

Воздух искрился рядом с Крыловым и даже солнце не смело светить, спрятавшись трусливо за облако.

Люди, что шли рядом с ним, выстроившись боевой свиньей за его спиной, чуть в отдалении, даже близко не смотрелись так страшно как мой бывший муж.

— В машину! Быстро! – рявкнул Крылов, подходя ближе, почти вплотную к нам.

Глава 21

Собака, мой охранник и друг, рыкнул, и я поняла, что сейчас он кинется, и высокий забор его не остановит.

— Трик, сидеть! – резко скомандовала страшным голосом.

Тимур рядом со мной вздрогнул, не ожидая от меня такого агрессивного тона, а Крылов моргнул и остановился, словно налетел на стеклянную стену.

— Крылов, шаг назад! Быстро! – рявкнула я ему в лицо.

Выдохнула резко и продолжила:

— Ты нервируешь мою собаку и пугаешь моего сына! Отойди!

Я постаралась завести Антона себе за спину, прикрывая от мужчин, но у меня не получилось. Сын застыл рядом и не двигался с места.

Никита с недоумением, будто только заметив, перевёл взгляд на Антошку, и его глаза расширились в узнавании. Сложно не увидеть их семейное сходство, тем более имея перед собой пример младших братьев.

— Мам, что от тебя хочет этот дядя? – звонко спросил мой сын, и не думая прятаться за моей спиной.

— Сейчас узнаю. Антон, иди во двор! – непреклонным тоном скомандовала я, но сын опять удивил меня и, замотав отрицательно головой, проговорил, пытаясь выти вперёд, чтобы заслонить меня от угрозы:

— Я не оставлю тебя!

Повисла тяжёлая пауза. Мгновение я думала, что Крылов схватит нас с Антошкой, как щенков за шкирку и затолкает в свой внедорожник одним движением. Но Никита меня удивил. Он выдохнул, растёр лицо ладонями и сделал большой шаг назад, от меня, давая нам свободу.

— И людей своих отзови подальше, — не отводя взгляда от почерневших глаз бывшего мужа, проговорила я.

— Мирослава, — начал Никита низким голосом, явно собираясь сказать что-то не самое приятное, но, внезапно, его перебили:

— А вот и зятёк пожаловал! Давно не виделись! Семь лет не мог дорогу найти, чтобы проведать растоптанную и брошенную жену? Не иначе совесть замучила? – звонким девчоночьим голосом выговаривала моя мамочка, возвращаясь, судя по сумкам, из магазина.