Книга В разводе. Лоскутное одеяло сердца, страница 19 – Лана Полякова

Теперь город пустеет. Наплыв курортников совсем не тот. И рабочие места, соответственно, тоже ограничены.

Я хваталась за всё подряд. Начиная от кассира в супермаркете и заканчивая девочкой на побегушках. Но с маленьким ребёнком устроится на работу, в маленьком городе не так просто, да и неквалифицированная работа меня не устраивала, по большому счёту. А устроиться по специальности было невозможно.

Мне повезло четыре года назад. Меня взяли помощницей бухгалтера. Я, посовещавшись с начальником, поступила заочно на второе высшее образование в Москву, потратив на своё образование последние оставшиеся от нашего с Никитой накопления деньги.

Можно было, конечно, и куда поближе, но Москва меня не отпускала и манила. И я решилась на столицу.

Там в Москве осталось моё сердце, и оно звало и тянуло к себе.

Но это лирика. А практика в том, что собственно, сейчас я возвращалась домой и везла с собой свеженький диплом. С отличием, между прочим! Если присоединить к нему несколько сертификатов, которые я получила на различных профильных курсах, то вырисовывается вполне себе реальная возможность претендовать на приличную должность.

Наша улочка, вначале вполне пологая, ближе к нашему дому становится по-настоящему крутой. И если мы сами не посыпаем выпавший снег песочком, то забраться наверх – тот ещё квест с препятствиями.

Ругаясь сквозь зубы и цепляясь за выступы соседского забора, я, с горем пополам, всё-таки победила нашу горку и встала, чтобы отдышаться.

Фонарь, который должен освещать наш закуток, снова погас пока меня не было, а свет от того, что горел внизу улицы, к нам не проникал.

Было тихо и темно. Чуть слышно где-то гомонил телевизор у соседей, но близкий лес глушил все звуки.

Вдыхая целебный воздух, запрокинув голову к высокому зимнему небу, я стояла несколько мгновений, прикрыв глаза. Выгоняла из себя суету и нервное напряжение этой странной поездки. Ни к чему мне нести к сыну своё раздражение. Пусть оно останется здесь, на пороге моего дома.

А стоило сделать несколько шагов по направлению к нашей калитке, как учуявший меня пёс с восторгом заскулил, заговорил с той стороны двери. Он так активно вилял хвостом, стоя рядом с дверью, что этот на этот стук вышла на крыльцо моя мамочка.

— Мира, ты? – спросила она, прикрывая плечи пуховым платком и подслеповато щурясь в темноту.

Глава 13

Мама стояла в прямоугольнике света и казалась неземной, нереальной, воздушной. Она будто сама была светом и теплом, парила над землёй, не касаясь её ногами.

Сердце моё дрогнуло от нежности и задохнулось, заколотилось радостью встречи.

— Это я, мам! Не стой на ветру, я сейчас войду. Только с калиткой разберусь и наобнимаюсь с Триком. – проговорила я дрогнувшим голосом и отворила нашу скрипнувшую калитку, налегая на неё плечом.

— Ждём!

Улыбкой, прозвучавшей в голосе, можно согреваться вечность.

Мама захлопнула двери, отсекая свет, и темнота сразу стала плотнее и гуще, собираясь вокруг меня плотным коконом.

И только повизгивающий от радости и припадающий на передние лапы, трёхлетний кобель чёрного терьера, буквально ожившей тьмой в ночи прыгал вокруг меня.

Что сказать, восторженно встречающая тебя у дома собака Баскервилей – это сценка не для слабонервных.

Я на ощупь поймала извивавшегося всем телом Трика за холку, потрепала мохнатую морду, наклонилась, встречаясь с мокрым носом и буквально через мгновение, мир стал ярким и чёрно-белым.