Онлайн книга «Рассказы»
|
— Роберт… — … как думаешь, она правда горизонтальная? Зря я это сказал. Те порнографические мысли, которые я оставил ещё в магазине сладостей, непрошенным гостем вернулись ко мне. Я попытался представить это, облажался и попытался снова. По секрету — местечко между женских бёдер я всегда находил несколько пугающим — розовая мясистая рябь, словно у какого-нибудь глубоководного создания, мягко распахивающая тёмное отверстие, словно клапан чьего-то мистического сердца. Представьте, что вот такая штука могла быть прямо под саваном. Такая, как описал Роберт. — Разворачивай, — сказал я. — Я должен это увидеть. Внезапно мы оба решились. Воздух в комнате пропитался оттенками густого волнения, словно текущая из нас эктоплазма, омывающая нечто под саваном. Роберт разорвал ломкую ткань. Она легко поддалась, оголяя ступни и голени. Плоть выглядела плотной, словно воск, как если бы нервы, кровеносные сосуды и кости соединились в единую массу, будто бы они были полностью твёрдыми. Роберт продолжал разворачивать. Начиная от колен, кожа была гладкой и практически прозрачной. Мой друг тыкал пальцем в бедро, оставляя небольшие вмятинки на коже, размером с отпечаток пальца. Я шумно задышал, когда увидел чёрный треугольник волос, зияющий между бёдер. Как отверстие, пробуренное сквозь её тело, как туннель ведущий в вечность. Роберту не удалось в одиночку раздвинуть её ноги. Я схватил за одно бедро, он держал другое, как если бы мы хотели разорвать женщину пополам. Мы оба потянули на себя и её ноги хрустнули, раздвинувшись с болезненным треском. Это всего лишь закостеневшие связки, сказал я себе, всего лишь кончики костей, вращающиеся в усохших гнездах. На мгновение мне показалось, что я вижу себя сверху, будто я парю в одном из тёмных углов, наблюдая за Робертом и самим собой, раздвигающими трупу ноги. Но при этом я чувствовал материальность собственных глаз, безжизненность плоти под моими пальцами и тупой болью в промежности, пульсация которой повторяла ритм моего сердцебиения. — Там, — выдохнул Роберт. — Теперь мы можем взглянуть. Он положил руку на гнездо чёрных волос и, пригладив их, ввел свои пальцы в тёмно-розовые губы женской вагины. Которое, разумеется, было вертикальным. Как и у любой другой женщины. Но Роберту было мало. Может он вообще ни одну до этого не видел. Его пальцы погружались всё глубже, исчезая промеж нежных складок, раздвигая их, открывая взгляду то, что было между них… … единственный глаз. Глаз с двумя тёмными зрачками, похожий на двойных головастиков, застывших в неподвижности. Как только он влажно провернулся и устремил взгляд на нас, время стало вязким, густым. Ночь, казалось, отражалась в яркой радужке, радужке, что находилась в прозрачном, невероятном шаре, уставившемся на нас из-за четырёх розовых губ, похожих на лепестки анемонов. Я услышал крик Роберта, разорвавший плотный слой тишины… …а затем мы побежали. В одну их тех жутких секунд мне показалось, что я не смогу открыть дверь. Роберт цеплялся за мою спину. Слышимый позади звук его одышки казался мне шелестом савана. Образ всплывал в моей голове: женщина садится, сухая ткань падает с её лица, оба глаза открываются, как и тот, с застывшим двойным зрачком, слепо смотря сквозь нас и не понимая, почему она оставлена в покое… |