Книга Ночница. Коллекция ужасов, страница 126 – Антон Мамон

— Обнаружен новый сигнал. Второй пилот Симмонс пытается выйти на связь. Желаете установить соединение? – сухо поинтересовалась Аврора, явно недооценивая важность события.

— О господи, конечно, подключай скорее! – схватившись за голову, выпалил Тарасов.

Неприятное шипение, собравшее в себе множество помех, полилось из динамиков. В нем едва различимо скользнули знакомые интонации, уловив которые Валентин обмяк в своем кресле. Живой… живой!!!

— Ноа, ты меня слышишь?! Ноа, прием! – с тревожной радостью воскликнул мужчина, вытирая пот со лба.

— В-ва-валентин… прием! Со мной кое-что случилось, – слабый голос американца победил искажения и окончательно закрепился на волне.

— Знаю! Я в пути! Что стряслось?!

— Это было прекрасно. Теперь я точно знать, я не сумасшедший.

— Где ты находишься? Мотоцикл рядом? Сколько кислорода у тебя в запасе? – сыпал вопросами Тарасов, разгоняя модуль до предельной скорости.

— Эта девушка, она пела мне красивый песня! – словно в бреду, произносил Симмонс. – Я увидел ее случайный, но сразу понял, что мне нужен идти к ней…

— Девушка?! Какая девушка?! Соберись сейчас же, у тебя галлюцинации! Проверь уровень кислорода! Борись за жизнь, черт побери! – яростно выкрикивал Валентин, покрываясь красными пятнами.

— Послушайте, я расскажу вам что-то, but I’m running out of time, so…

Напряженно стиснув зубы, Тарасов замолчал. Что-то в районе желудка бешено трепыхалось, но губы не разжимались. Не время спорить. Выдержав небольшую паузу, Ноа заговорил спокойным, немного сонным голосом:

— Вы знаете, я всегда верил в afterlife. Помните наша беседа? Тогда я не сказал вам вся правда. Я видел не только призрак мой отец, но и много других. С самый ранний детство я принимал их посланий. Сначала мне никто не верил. Моя мать считала, что это воображение. But things got more obvious as I grew up… Каждый ночь ко мне являлись незнакомый люди. Одни просили помощь, другой просто молчали и не смотреть в мой лицо. Из того, что я узнавать от них, получались большой письма. Я отправлял их по тем адрес, что мне называли этот «душа»… духи, или души. Я так и не понял, какой разница в этих словах. Иногда мне приходил ответы. Some letters were mean, but some of them… э-э-э… простите, мне сложно вспоминать русский слова. Я хотел сказать, что некоторые люди злились, думали, что это мой злой шутка, розыгрыш. Но кто-то предлагал встретиться. Я никогда не отказывал в такой просьба. Я не стану говорить все детали, это займет много часов, но вы, Валентин, должны знать, что смерть – это не конец! Это возможность начать all over again.

— Я не знаю, что сказать! – не выдержал Тарасов, сдавив виски указательными пальцами.

— Just listen then. Я всегда слышать зов Луны. Это похож на прекрасный песня морской сирена, что нельзя воспринимать слишком долго, иначе твой разум… эммм… otherwise it drives you insane. Когда я думать про полеты в космос, сравнивать себя с первый моряк, или, как это сказать по-другой, more like explorer, кто отправляется в далекий и опасный путешествие, что, возможно, приведет к смерть. Помните истории тех, кто плыл по море и слышал прекрасные песни? They knew it was a trap. Сирена звала тебя на скалы и потом убивать. Одиссей сказал свой команда… э-э-э… to plug their own ears with wax, а его личный привязать к мачта. Только это спасти их от беда. Но я не хотел, чтобы меня спасали. Я сам погнался за сирена. Нет, не потому, что не хочу жить. Просто понимал, что мой место здесь, со всеми, кого забрать Луна. Со всеми, кто больше не принадлежать мир живой. Я наконец-то дома.