Книга Умри тихо, мой ангел, страница 91 – Андреас Гётц

— Это все из-за этих девушек, которые умерли? Так как все они проходили у него курс психотерапии?

Над ее головой парил огромный знак вопроса.

— А что тебе известно об этом? — поинтересовалась она.

— Скажи же! — настаивал Саша.

— Я не стану обсуждать это дело с тобой, Саша. Но ты можешь не волноваться. Мы допросили доктора Андроша только как свидетеля, не как обвиняемого.

Не как обвиняемого? Почему она решила подчеркнуть это? Так, словно все могло бы быть иначе; как будто она хотела сказать: пока еще мы допросили его не как обвиняемого. Ну, конечно! Поэтому она и не хотела, чтобы он продолжал ходить к нему: так как у них что-то было на Андроша!

— Дело обстоит следующим образом, Саша: я буду чувствовать себя в своей работе свободнее, если между мной и человеком, замешанным в расследовании убийства, не будет никакой личной или, так сказать, семейной связи.

Теперь все наконец прояснилось. Речь не шла о том, чтобы защитить его. В действительности она беспокоилась исключительно о своей карьере. Чтобы никто впоследствии не смог обвинить ее в том, что она пощадила Андроша только потому, что ее собственный сын проходил у него курс лечения.

Он захлопнул комикс, швырнул его на пол, вскочил с кровати и бросился в ванную комнату, где закрыл за собой дверь на щеколду. После того как он несколько раз пробежал взад и вперед, чтобы успокоиться, он сел на край ванны.

— У тебя все в порядке? — прозвучало с другой стороны двери.

— Да, да.

— Завтра я сама позвоню доктору Андрошу и поставлю его в известность. Тебе не о чем беспокоиться.

Должен ли он еще и благодарить ее за это?

Он решил промолчать.

— Спокойной ночи.

Ни слова в ответ.

Наконец послышались ее удаляющиеся шаги.

Неожиданно ему захотелось, чтобы взлом в картинной галерее был произведен по-настоящему, и чтобы Марайке и его захватили на месте преступления и доставили в полицейский участок, и чтобы его матери, главному комиссару уголовной полиции, пришлось бы забирать его оттуда. Увидеть ее в такой ситуации с лихвой компенсировало бы все неприятности, которые обрушились бы тогда на его голову.

«Ты уже дрыхнешь?»

Джой.

Уже был почти час ночи, когда пришла эта эсэмэска. Краткий миг радости, потом прежнее дурное настроение снова охватило его. Глупая башка, подумал он, хотя она не была виновата в том, что он лелеял пустые надежды. Лучше всего не обращать внимания на это сообщение. Просто повернуться на другой бок и постараться уснуть. Поступить так, как совсем недавно сделала Марайке, уйдя не попрощавшись. Это было бы то что надо. А может быть, и нет.

Что ей надо? — подумал он и написал только одно слово:

«Балкон?»

Ответ оказался еще короче.

«Да».

Стараясь не шуметь, он выскользнул из своей комнаты, снял с вешалки куртку и вышел на балкон. Джой как раз перебиралась через перила.

— Когда-нибудь ты все-таки сломаешь себе шею, — заметил он.

Как и он, она надела куртку, а под нее теплый свитер с высоким воротом.

— Как прошло все у Бруно?

Он не мог не спросить об этом, хотя ему вряд ли хотелось услышать ответ на свой вопрос.

— Типичная съемная квартира, где обитают исключительно мужчины. Горы грязной посуды и беспорядок повсюду. Но его приятели оказались довольно приятными людьми.

— Ага.

Он засунул руки в карманы своих джинсов.