Книга Скопцы. Кровь Сеула, страница 174 – Пё Чанвон

— Эй, Мацуура Хиро!

Тот вздрогнул. На его лице одновременно отразились удивление и ярость.

— Глупый якудза! Жалкий трус!

Разъяренный Мацуура, как и ожидалось, выхватил еще один нож. Ли Мэк, опираясь на опыт трех предыдущих встреч, быстро проанализировал и предугадал его движения. Медленно сокращая расстояние, он начал считать про себя: раз, два… Правая рука Мацууры пришла в движение. Ли Мэк вовремя среагировал и взмахнул костылем – его расчет был точен, будто он был бэттером в бейсбольном матче, точно ударяющим по мячу битой. И нож взлетел в воздух, как мяч от удара битой. Мацуура снова было выхватил очередной нож из-за пояса – и в тот же миг титановый костыль обрушился на него. Твердая титановая поверхность ударила прямо по мягким тканям носа – из него хлынула кровь. Нож отлетел в сторону, а Мацуура рухнул на колени. Ли Мэк забыл про боль и рванул вперед. Вцепившись в оставшийся костыль обеими руками, он изо всех сил размахнулся им и обрушил на Мацууру. С глухим треском диск челюстного сустава Мацууры треснул, кожа лопнула. Кровь залила все его лицо.

Ли Мэк отбросил костыль и начал бить его голыми руками. Челюсть Мацууры была вывихнута, скулы и надбровные дуги переломаны. Носовая кость полностью провалилась. Несколько зубов вылетели изо рта. Из горла Мацууры вырвался стон, похожий на металлический скрежет. Затем последовал удар локтем, послышался треск – сломалась ключица. Потерявшее форму тело Мацууры с громким шлепком рухнуло на землю. Филиппинские наемники, видимо, действовали четко в рамках полученных указаний – когда все противники из команды PY и группы реагирования JY были повержены, они без промедления сели в машины и уехали. Во время отступления они лишь улыбнулись Мэку, который на всякий случай принял защитную позу – он до конца не понял, что произошло. Ан Сунок этого не увидела из-за загораживавших ей вид микроавтобусов.

Стоило им отъехать, как нетвердо стоявший на ногах и находившийся в предобморочном состоянии Мэк все же достал из кармана связку кабельных стяжек и по очереди связал руки и ноги поверженным противникам. Затем он прикрепил к одежде бейджик полицейского и, опираясь на один костыль, а второй подняв высоко над головой, направился к входу в центр. Внутри он не встретил никакого сопротивления – находившиеся там люди покорно протягивали ему сложенные вместе руки и позволяли ему арестовать их, пока он зачитывал им их права. Тем временем к главным воротам центра прибыли полицейские машины и кареты скорой помощи – они выехали по запросу Ма Ирёна и звонку Ан Сунок. Туда же стянулись и вооруженные солдаты из расположенной неподалеку воинской части. Чуть позже прибыли съемочные группы телеканалов и журналисты. Когда они начали выгружать осветительное оборудование и камеры, их остановили из соображений безопасности. В ответ репортеры начали громко протестовать.

Полицейские по приказу командира зачитали права дюжине крепких мужчин разных национальностей, которые уже лежали на земле со связанными кабельными стяжками руками и ногами. В зависимости от степени повреждений их распределили: кого – в машину скорой помощи, а кого – в полицейские автомобили. Через некоторое время из здания вышли члены организации: директор Пак Юнха, заместитель директора Хон Юра, а также их сообщники – Чу Чинхва, Ким Чхансу, Ли Инхак и другие, которые до этого скрывались. Их руки были связаны кабельными стяжками, они держали их вытянутыми вперед и шли, низко опустив головы. Эти кадры удалось запечатлеть только Ан Сунок, по-прежнему прятавшейся в машине и только высунувшей телефон с камерой наружу. Но только вот нигде не было видно ни Мин Джины, ни Ким Чуын.