Книга Лунные зайчики смерти. Трагедия 1988 года, страница 15 – Элис (Арису) Арисугава

— Не забудь рассказать об этом Моти. Он будет в восторге. Он обожает Эллери Куина.

— Если порекомендуешь интересную книгу, я почитаю, – сказала Риё, видимо, опять из вежливости. Я кивнул: подумаю. Пусть и маленькая, и все же это была первая наша с ней договоренность, что оказалось весьма приятно.

Бывшие бойскауты Цутому и Сёдзо взяли на себя роли главного по костру и распорядителя соответственно. Задавали остроумные вопросы каждому, подбирали песни, которые все знают, – словом, делали все, чтобы четыре компании, которые впервые встретились в тот день, сумели быстро сдружиться. Меня, Нацуо и Масаки назначили приглядывать за костром. Нам было велено не просто поддерживать огонь, но и регулировать его интенсивность в зависимости от общего настроения.

Пение эхом разносилось в горах, долетая, кажется, до самых дальних звезд в ночном небе. Устав от игр и разговоров, народ все чаще стал поглядывать на часы. Я не заметил, как наступило одиннадцать.

Дрова давно прогорели, ребята как по цепочке начали сонно зевать. По лицам было видно, что впечатлений уже достаточно. Я тоже был без сил.

— Пожалуй, закончим на сегодня. Все устали с дороги. Можно повторить костер завтра или послезавтра, – решительно объявил Масаки, выразив общее настроение. Люди точных наук не ночные птицы.

— Мы только за! – поддержали Мотидзуки и Ода, самые активные участники круга. Все поднялись с видимым облегчением.

— Чем планируете завтра заняться? – вспомнил вдруг Сёдзо. – Мы думаем забраться на вершину и осмотреть кратер.

— Вау, я тоже хочу! – воскликнула Юко и тут же добавила: – А мы точно сможем туда залезть? Выглядит устрашающе!

— Да, без проблем. Я был здесь, когда учился в младших классах, поднимался на самый верх. Это займет часа два, но определенно того стоит. Зрелище незабываемое. – Эти слова Цутому решили исход дела. Договорились выйти утром, пообедать на вершине, а затем разойтись по своим делам.

— Ну, до завтра!

— Было здорово!

— Спокойной ночи!

— Доброй ночи!

Хотя на лицах читалась усталость, все выглядели очень счастливыми. Когда мы уляжемся в свои спальные мешки, будет непросто уснуть от волнения.

— Спокойной ночи. – Голос Риё прозвучал так близко у моего уха, что я вздрогнул.

— Спокойной ночи. До завтра.

Я был застигнут врасплох, поэтому выдавил из себя подобие улыбки, но вышло криво. Сверкнув белозубой улыбкой, она развернулась и пошла к своей палатке. Я смотрел ей вслед и, когда она скрылась, отправился к себе.

На следующее утро я проснулся в начале седьмого. Мой сон длился не больше шести часов, но был таким глубоким, что я чувствовал себя прекрасно. И тут же вспомнил: ах да, мы же в горах.

Трое моих товарищей все еще спали с невинными лицами. Я подхватил туалетные принадлежности и выбрался из палатки. Мир снаружи полнился утренним щебетом пробуждающихся птиц. Прохладный воздух окутал меня, заставив поежиться. Во всех палатках стояли тишина и покой, казалось, я даже слышу сонное дыхание, но возможно, это был лишь плод моего воображения. Глядя на вершину Ябукиямы в лучах утреннего солнца, я мог разглядеть величественный пурпурный хребет, ярко выступавший на фоне неба. В вышине плыли золотистые облака.

— Доброе утро, – почесываясь, вышел Фумио.

— Доброе утро.

— Так здорово, будто заново родился, – произнес прилежный студент юрфака, а другой студент юрфака, хоть и не такой прилежный, с ним согласился.