Книга Дочки-матери, страница 31 – Алина Дягилева

— Но что вы могли сделать? – почти шепотом спросила Лиса.

— Не знаю, кричать. Орать, держать Кира, требовать, чтобы полицейские забрали всех детей поселка и немедленно увезли. Делать хоть что-то. Просто представь, что Кир, Кай и, может быть, другие дети живут сейчас в этом их «приюте». Каждый день, каждый час, каждую минуту, а не только иногда по ночам, как мы.

Марго отвернулась. Лис стояла, боясь шелохнуться, переводя взгляд с одного лица на другое.

— Я тоже не поверил, – произнес вдруг Марк. – Когда отец Алекса и Давида погиб, я тоже думал, что это совпадение. Что после не значит вследствие. Я пытался всех убедить, что мы должны рассказать. И, чтобы не быть голословным, рассказал своей маме. Все отговаривали меня, – он быстрым взглядом обвел компанию, – но я был упрямей всех. И однажды вечером, когда отец уже спал, а мама пришла пожелать мне спокойной ночи, я попросил ее остаться и все ей рассказал. Она выслушала меня. Мне кажется, она даже мне поверила, хотя я был уверен, что она не поверит. Я бы сам себе не поверил. Она обняла меня, прижала к себе, как маленького, – голос Марка слегка дрогнул, – и сказала, что любит меня и не допустит, чтобы я страдал. Сказала, что мы немедленно соберемся и уедем, а разбираться с этим всем будем потом. Утро вечера мудренее, сказала она. Пойду разбужу папу, сказала она. И вышла из комнаты. А я сидел на кровати и не верил своему счастью. Неужели получилось? Неужели сейчас мы соберемся, сядем в машину и уедем отсюда раз и навсегда? Из этого поганого места. Я сидел и представлял, как мы покидаем вещи в рюкзаки и чемоданы и поедем сквозь ночь по безлюдному шоссе, доедем до города, остановимся в какой-нибудь гостинице и съедим по хот-догу с кофе. Пока я так сидел и мечтал, прошло минут десять. Родители не шли. Тогда я решил проверить. Выйдя из комнаты, я заметил, что дверь в спальню родителей по-прежнему плотно закрыта, как и была, а вот дверь в ванную открыта настежь. Я подошел. – Голос Марка сорвался. – Я подошел к ванной, а она… она висела там… – Марк закрыл лицо руками, но тут же отнял руки и посмотрел в глаза Лисе. – Если тебе дороги твои родители, ни в коем случае не рассказывай им. Это не выдумки. Это не совпадение. Они убьют их. Одного за другим или обоих сразу. И ты попадешь в их приют.

Лис лежала в родительской кровати, прижимая к себе пушистое, мягкое, теплое тельце. Щенок сопел во сне, уткнувшись носом в ее руку. Родители спали с двух сторон от нее. Клетка с Мистером Ронни стояла на подоконнике, оттуда не было слышно ни звука. Одна Лиса не могла уснуть. Она прокралась в комнату родителей, когда они уже спали, взяв с собой щенка и кролика. Она не могла остаться ночью у себя, но и придумывать объяснение, почему снова боится спать одна, тоже. Вчера родители, как и обещали, свозили ее в питомник, и она выбрала себе друга – крошечного хаски с голубыми глазами. По дороге домой она не могла оторвать от него глаз и не спускала с рук. Она назвала его Гризли – это было самое неподходящее имя для такого милого щеночка, но это ей и понравилось. Кто знает, может, он вырастет в грозного бесстрашного защитника? Ей такой точно не помешал бы.

Большую часть времени щенок спал, родители умиленно улыбались, глядя, как Лиса гладит его по голове. Они надеялись, что с появлением собаки дочь станет счастливее на новом месте, поэтому они разрешили держать щенка в ее комнате и даже брать в кровать, лишь бы ей было спокойнее. Когда они пришли пожелать ей спокойной ночи, она лежала в кровати вместе со щенком, который смешно урчал и радостно тянул угол подушки. Родители посидели с Лисой и Гризли, затем попрощались и ушли, выключив свет. Но, едва за ними закрылась дверь, девочка зажгла прикроватную лампу. Она не собиралась спать тут одна. Она хотела дождаться, пока родители уснут, и прийти к ним. Так она и сделала.