Книга Ночная смена в пионерском лагере, страница 28 – Эльвира Смелик, Екатерина Горбунова

Он пришел позже, прямо в столовую, мрачнее грозовой тучи, в футболке, трениках и сланцах^[6].

— Проспал, что ли? – поинтересовался у него Руслан, когда уселись за общий для всех вожатых стол.

Валера сузил глаза, громко выдохнул, раздув ноздри, буркнул что-то – Руслан не разобрал. Хотел переспросить, но тут объявилась Зоя, устроилась по другую сторону от напарника, заглянула ему в лицо, осведомилась заботливо:

— Все нормально?

Валера едва не подскочил на стуле, вперился в нее яростным взглядом, прошипел:

— И у тебя совести хватает спрашивать, все ли у меня нормально?

Зоя растерянно заморгала, открыла рот, потом закрыла, так и не найдя, что сказать. А Валера уже не шипел, а рычал:

— Наслушалась Ларкиных сказочек и решила приколоться?

Руслан ничего не понял, да и остальные тоже. Лариса, услышав свое имя с другого конца стола, опустила назад в тарелку ложку с кашей, воззрилась на Збруева, сосредоточенно сведя брови.

— Ну-ка, ну-ка. Это каких моих сказочек?

— Про черную вожатую, – сквозь зубы процедил Валера.

— И что?

— А то, что некоторые… – Збруев красноречиво зыркнул на свою напарницу и, похоже, что-то добавил мысленно, – решили, будто это действительно невероятно смешно… да просто умора!.. срезать у человека с одежды пуговицы и вытащить из обуви шнурки.

У Ларисы брови поползли вверх. И, скорее всего, не только у нее.

— Хочешь сказать… – начала она, но не договорила, не удержавшись, коротко рассмеялась. – А я предупреждала, Валерочка.

До Зои наконец-то дошло, почему рычал на нее напарник. Она вспыхнула, выкрикнула тонко:

— Я ничего не срезала! Я бы ни за что так не сделала. Я же…

Ее глаза подозрительно заблестели, но подступившие слезы так и не пролились. Зоя вскинула голову, шмыгнула носом, повторила, но теперь уже твердо:

— Это не я. – Неприязненно глянула на Ларису. – Это же наверняка Селиванова. Сначала специально придумала, а потом…

Валера перебил ее, но вовсе не для того, чтобы согласиться. Напротив, выдал, пренебрежительно кривя рот:

— Ну да, да, рассказывай. На кого еще свалишь?

— Валер, хватит! – вмешался Руслан.

Потому как, что бы там ни было, а с девушками так разговаривать нельзя. Лариса тоже не промолчала, заметила с притворным сочувствием:

— Теперь, Валерик, так и будешь всю смену без пуговиц ходить? Расхристанным? Или помочь пришить?

— Я пришью! – решительно отрезала Зоя.

Збруев критично покосился на нее, и она пояснила, не дожидаясь вопроса:

— Чтобы ты поверил, что это не я срезала.

— Я и сам не безрукий, – буркнул Валера. – Без вашей помощи обойдусь. – И сразу после завтрака отправился к руководительнице кружка мягкой игрушки.

У той же определенно имелись и иголки, и нитки, и прочие швейные принадлежности. А Руслан до самого отбоя время от времени невольно возвращался мыслями к случившемуся, особенно когда в поле зрения попадал сумрачный Збруев с обмотанными пластырем пальцами и разномастными пуговицами на любимой ковбойке.

Ведь все это действительно выглядело очень странно. Не объявилась же и правда в лагере черная вожатая. Но кто тогда сотворил подобное? Не сам же Валера.

Зоя? Лариса? Если честно, у Руслана тоже в первую очередь мелькнула мысль, что это ее рук дело.

Хотя нет. Глупость какая-то. Ни первая, ни вторая, да вообще никто из вожатых не стали бы так чудить. Или стали?