Онлайн книга «Марена и Кощей»
|
— Нет, нет, нет! Стой, дура! Ноги запинались о ступени, которые Марена перепрыгивала и перелетала, никогда ещё не желая так обогнать время. Ноченька к нам идёт, Малых деточек спатоньки кладёт… Марена бросилась к окну, задыхаясь от стучащего в горле сердца, и не закричала — прошептала: — Государыня… Василиса удивлённо оглянулась, безразличными глазами посмотрела на Марену и, раскинув руки, шагнула в пропасть. Воздух неожиданно затвердел. Умер ветер и вскрик Марены. Марена застыла со вскинутой рукой и разинутым ртом. Ни пошевелиться. Василиса больше не падала: лежала на воздухе, раскинув руки, и удивлённо глядела в небо. — Ничего вам доверить нельзя… Бесполезные… — проворчал кто-то за спиной знакомым вороньим голосом. — Ищи её нить. Что же ты, пряха такая глупая, переродилась? Вниз смотри… Они же не летают. По земле тянутся, к ногам привязаны, а не к голове. Марена хотела удивиться, возмутиться, задать тысячу вопросов, но даже слова обронить не смогла. Только посмотрела под ноги и действительно по балке тянулись нити: золотая, чёрная да серебряная. — Одна — будущее, — шептал кто-то за спиной голосом старухи из повозки, но оглянуться Марена не могла, — другая — прошлое, а третья — настоящее. Прошлое уже прошло, а будущее ещё не наступило… Какая нить тебе нужна? Сначала Марена не понимала. При чём тут нити и пряха? Почему Василиса не падает? Почему мир остановился? Откуда взялась старуха? И почему она снова помогает? А потом она почувствовала удар по затылку и решила, что мудрее будет послушать старуху, а вопросы задавать позже, если будет кому. — Думай! Времени уже совсем нет… Я же не всесильна. Устала держать вас, сил нет. Отпущу и она разобьётся. — Чёрная обрывается у её ног, — заговорила Марена будто сквозь сон. — У серебряной я не вижу начала, а золотая прямо передо мной… — Хватай! — Хватать? — Быстрее же, ну! — Зачем ты мне помогаешь? — Хватай! — снова удар по затылку, да такой сильный, что зубы лязгнули. — Дура бестолковая! Опять жизнь себе поломаешь! — Опять жизнь поломаю? — Дура! Резко подул ветер. Исчезла? Сила, что удерживала Марену, скатилась по ней, как вода. Ослабли руки, воздух обжёг губы — она смогла дышать и двигаться. Нить! Золотой блеск потёк между пальцев. Марена сжала пальцы и потянула нить, разрезая ладони до крови. Упала на колени, но удержала. А потом едва не вскрикнула, когда Василиса снова встала на балку и запела колыбельную: Глазоньки закрой,Ты в счастливом сне, ой, согреешься, В колыбельке, ой, будет тебе тепло… Говорить с ней бесполезно, и Марена запела, вторя голосу Василисы, как эхо. Царевна медленно повернулась и замолчала. — Не убивай своего ребёнка, государыня! — взволнованно проговорила Марена, стараясь ничему не удивляться: ведь ещё недавно она и сама восстала из мёртвых. — Дай ему вырасти. А убьёшь — заберёшь его в пекло. Вместе будете гореть. За что душе безвинной такие муки? — Ты! Ещё смеешь говорить со мной?! Марена отрицательно замотала головой. — Я не смею… Я умоляю тебя остаться, государыня, потому что выход есть всегда. — Откуда тебе знать? Кто ты такая, чтобы знать?! — закричала Василиса. Марена помолчала, ловя дрожащие от лунного света блики в глазах Василисы — сумасшедших, больных и тупых от боли, и наконец сказала, балансируя как на подтаявшем льду: |