Книга Марена и Кощей, страница 117 – AlanaDargo

— Многое, — он взял ее за подбородок и заставил посмотреть на себя, успокоится — смотреть на него и кричать о злости было почти невозможно, страх побеждал. А потом снова обратил ее глаза к одеже: — Ты узнаешь?

— Нет!

— Смотри лучше…

Марена наконец-то его услышала и присмотрелась: вышитые по краю подола солнце и горы. К нитке красных бус. И вдруг ее сердце пропустило удар.

«Ночь, холод… Крепкие, грубые пальцы сжимают руку, она бежит за чьей-то широкой спиной, мокрая рубаха облепила ее, как вторая кожа. Марена путается в подоле. Марена ли? По краю подола вышито красное солнце и горы. Их тени скользят по траве. Следом за ними бегут огни факелов, ныряют в темноту между деревьев, лай собак стремительно настигает их.

— Скорее! Скорее! — кричит юноша.

— Радимир…»

Марена испуганно вздохнула.

— Что?

Она была слишком встревожена, чтобы увильнуть от ответа:

— Я вспомнила погоню. За мной кто-то гнался. Со мной был юноша. Кажется, он украл меня…

— Украл тебя? — Кощея неприятно усмехнулся. — И где он?

Марена хотела сказать не знаю, но почему-то воздуха резко стало не хватать, а глаза затопило слезами.

— Мне, кажется, он мертв.

Кощей стер слезу с ее щеки.

— Не переживай. Если он украл тебя, возможно, он и заслуживал смерти.

Она снова вытерла щеку уже сама, стирая с кожи ощущения его пальцев, и кивнула, стараясь не думать. Смолчала, что вспомнила край одежды. Такая вышивка, может быть, у кого угодно. Или нет?

— У меня есть к тебе задание. Раз ты, как раз заглянула к царице… Узнай какие секреты скрывает Людмила Васильевна.

— А чем она вам не угодила? — невинно поинтересовалась Марена, хватаясь за любую возможность оставить тяжелые мысли, от которых голова шла кругом. — Думаете, ее секреты вас как-то касаются?

— Все в этом царстве касается меня, — он большим пальцем погладил ее нижнюю губу, наклонился к самому уху и тихо сказал: — Сегодня ночью за тобой придут, ведьмочка. Будь готова.

— Буду ждать с нетерпением, — улыбнулась Марена, колени у нее мелко задрожали.

На узкой улочке пестрели яркие шатры балагана. Кощей сидел среди зрителей, в плаще, скрыв голову глубоким капюшоном, и хмурил брови. Пятушка же наоборот попискивал от восторга, когда на сцене разворачивалась очередная любовная передряга.

Два скомороха, один в мужицком тряпье, а другой в женском, разыгрывали сцену ревности, а через мгновение уже кружили друг друга, смеясь и шепча нежности.

— Это так мило! — бормотал Пятшка. — Как они друг на друга взглянули, и как руки их сплелись! Это же настоящая любовь, ваше бессмертие! Вот… вот про это я вам и говорил. Ярослав так умеет… А вы ее нахрапом берете, как быка в стойло загоняете! Она же женщина!

Кощей дернул верхней губой, старательно сдерживая гримасу недовольства.

— Настоящая любовь? Это два ряженных мужика… — он скрестил руки на груди.

— Это понарошку! Это просто спектакль, — попытался объяснить слуга, — но вам нужно понять суть происходящего. Нежнее. Нежнее надо быть.

Два скомороха сошлись в битве за деву, один в черном, удивительно похожий на самого Кощея, отошел, злобно сверкая глазами. «Прекрасная» дева бросилась герою на шею. Зрители разразились одобрительными криками и аплодисментами. Пятушка, не удержавшись, захлопал в ладоши.

Кощей сжал кулаки, медленно выдыхая этот ненавистный жар из легких. Его взгляд встал внимательно следить за сценой.