Книга Графиня с изъяном, страница 74 – Айлин Лин

Незнакомая комната была слабо освещена светом единственной свечи. Я лежала на узкой кровати, укрытая шерстяным, пахнущим сыростью, пледом. Надо мной склонилось осунувшееся лицо Эллы. Девушка держала в руках щербатую глиняную кружку.

— Элла, – прошептала я, и собственный голос показался мне чужим, низким и хриплым.

От неожиданности служанка аж подпрыгнула и расплескала воду.

— Миледи! Вы очнулись! Слава Всевышнему! – и разрыдалась.

Глава 24

— Миледи, неужели мне это не снится? – Элла всё ещё не могла поверить своим глазам, слёзы текли по её исхудавшим щекам. – Я так боялась… думала, вы умрёте…

— Где мы, Элла? – с трудом приподнявшись на локте, я огляделась вокруг. Комната была незнакомой: низкие потолки, грубые каменные стены, покрытые пятнами сырости. Узкая бойница почти под самым потолком, зачем-то, затянутая промасленной тканью. – Это не мои покои.

— Нет, миледи, – служанка опустила глаза. – Мы больше не в замке Леваньер.

Я медленно села, чувствуя, как ослабевшие мышцы протестуют против движения. В голове всё ещё роились обрывки чужих знаний, но сейчас мне нужно было понять, что произошло.

— Расскажи мне всё, – попросила я, принимая из её рук кружку с водой. – Не скрывай ничего.

Элла тяжело вздохнула и присела на край постели.

— После того как вы заболели, в замке начались… разногласия. Матушка вашего супруга и леди Морана настаивали, что вы заразны. Говорили, что вас нужно изолировать и отправить как можно дальше от замка и Грейстоуна. А леди Патриция отчаянно отстаивала ваши права.

— И решили они меня отправить… Куда? – чуть склонив голову к плечу, я снова осмотрелась.

— Нас переселили в баронство Каменный Дол.

— Ага, вот значит, ка-ак, – протянула я отстранённо задумчиво. – В разорённые набегами земли, те самые, что мне подарили в приданое. Если не хворь меня убьёт, то уж точно кочевники. Или зима, которая всё ближе.

Элла от удивления расширила глаза – так я никогда не говорила.

— В общем, – неуверенно продолжила помощница, – леди Элеонора заявила, что если… если здесь все умрут от заразы, то потеря будет невелика. А после можно будет всё сжечь дотла и забыть.

Я стиснула кружку так, что она треснула.

— Миледи! – ахнула Элла, подошла ко мне и протянула руку, – отдайте чашу, не то порежетесь, вон и вода потекла, одеяло промочите.

— А леди Патриция? Она поехала с нами? – словно не слыша её, уточнила я.

Лицо Эллы потемнело.

— Нет, миледи. Я видела её в последний раз тем вечером, когда нас грузили в повозку. Она шла к милорду Оскару, больше я её не видела. В Дол отправились только мы с вами и старика Петера в качестве возничего.

Петер, конюх из замка Леваньер. Верный, но уже немолодой человек. Его, видать, тоже не жалко.

— Значит, Патрицию оставили в замке?

Элла молча покачала головой и всё-таки забрала у меня многострадальную кружку.

Итак, мою компаньонку скорее всего объявили заражённой и сослали, но уже в другое место, чтобы она не могла отписать куда не следует. Или убили её. Эта мысль мне не понравилась, и я её отогнала прочь. Буду надеяться, что Уэйви жива, пока не получу иные сведения.

— Сколько дней мы были в пути?

— Пять суток, миледи. Вы всё время были без сознания, только стонали иногда. Я боялась, что вы не доживёте до места назначения.