Книга Эти чудовищные боги, страница 83 – Розамунд Ходж

Наверное, он опасается, не отвергли ли меня боги или не сломили ли они меня снова. Вария, вероятно, уже в этом убеждена, а через мгновение так будут думать и все остальные, если только я не подам им какой-то знак.

Мир вокруг меня все еще вибрирует от бешеной, содержащейся в нем силы. Нет, это моя реликвия вибрирует, а ее сила течет сквозь меня так же легко, как и кровь по моим венам.

«Скажи мне, как сотворить чудо?» – безмолвно прошу я Рувена.

— Колдовство – не чудо, – отвечает он.

«Скажи мне, как подделать чудо, ты, еретический педант! – огрызаюсь я. – Я все равно сделаю это. С тобой или без тебя».

— Ну, если так надо, – громко вздыхает Рувен.

Он прижимает свою холодную ладонь к тыльной стороне моей руки и зарывается подбородком в мои волосы. Дрожь пробегает по моему позвоночнику, потому что мне странно ощущать его прикосновения как холодную тень, ведь в царстве Им-Яры он был живым и теплым.

— Почувствуй ее, – шепчет он. – Найди брешь между переплетенными нитями этого мира. Твоя сила может заполнить эти промежутки, если ты ей позволишь.

У меня перехватывает дыхание от удивления, потому что я действительно чувствую и вижу мерцающую сеть, которая заполняет мир смертных. Ее нити находятся в сверкающем напряжении, а в промежутках между ними… не сила, но возможность ее применить.

— Позволишь ли ты мне, – шепчет Рувен в мои волосы, – помочь тебе?

«Да», –отвечаю я от всего сердца.

Одной рукой Рувен переплетает наши пальцы, а другой скользит ниже и обхватывает ею мою ладонь. Его прикосновение сначала покалывает мою кожу, потом обжигает, а затем… цепь на моей шее тяжелеет. Сквозь слои ткани, из которой состоят мое платье и корсет, я чувствую обжигающую силу, скрытую в медальоне. Каждый нерв в моем теле вспыхивает, подобно этим золотым раскаленным линиям мира, а затем эти нити проносятся сквозь меня, втягиваясь и вплетаясь в мое тело, пока Рувен держит меня в своих надежных и крепких объятиях.

На мгновение мне кажется, что под моей кожей собралось все тепло и мощь солнца, а затем, в какой-то миг, оно исчезает, и, сгорбившись, я задыхаюсь, словно во мне остались только холод и пустота. Но призрачные пальцы Рувена лежат у меня под подбородком, и он пытается заставить меня поднять голову и увидеть проделанную нами работу.

Теперь все кости святых, свисающие с потолка святилища, покрыты сверкающим золотом.

— Узрите силу Мор-Ивы, – выдавливаю я, заставляя себя выпрямиться и обводя взглядом комнату.

Тут я понимаю, что что-то не так. Анабекха улыбается, явно находясь в восторге от созерцания могущества любого бога. Араунн выглядит странно потрясенным, будто не ожидал, что по возвращении я начну творить чудеса, а лицо Варии стало совершенно пустым.

Могут ли они понять, что это было колдовство?

Неожиданно земля под моими ногами начинает дрожать, а в ушах поднимается шум, и я сглатываю внезапно подкатившую к горлу тошноту. В тот же миг Вария вскакивает и поворачивается к стоящему рядом с ней клирику^[9] Зумариэла. Она прикладывает руку к морщинистому лбу добродушного старика и говорит:

— Прими святость Зумариэла.

Старик пошатывается от вливающегося в него силы, и из его белой бороды начинают расти красные ленты.

— Ваше святейшество, что происходит… – спрашивает профессор, стоящий к нам ближе всех.