Книга Эти чудовищные боги, страница 131 – Розамунд Ходж

— Могу я пригласить тебя на танец? – слышу я голос Араунна за моим плечом и, вздрагивая, поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него.

— Я…

— Пожалуйста, – тихо просит он. – Всю последнюю неделю мы почти не разговаривали.

Мы почти не разговаривали, вернувшись из Унданны, хотя, убив Рувена во второй раз, я решила стать идеальной принцессой, в которую всегда верил Араунн. Точнее, Араунн всегда считал меня таковой, а я каким-то образом стала еще более еретичной и еще более похожей на Рувена.

Не в силах совладать сама с собой я смотрю на Рувена, стоящего рядом, и ощущаю странное желание спросить, разрешает ли он мне потанцевать с Араунном, хотя я еще не совсем его простила.

— Обещаю не ревновать, пока ты не решишь перерезать ему горло, – усмехается он и исчезает, а я снова смотрю на принца.

— Я не умею танцевать, – лепечу я, и, кажется, это удивляет его.

— Не умеешь танцевать? – переспрашивает он.

— Я же выросла в монастыре, – пожимаю я плечами. – И до того как мы отправились в королевское путешествие, у меня не было времени этому научиться.

Внезапно Араунн начинает смеяться, и этот новый, неуверенно звучащий смех заставляет меня вспомнить, почему я почти его полюбила.

— Что? – спрашиваю я.

— Прости, – поспешно говорит он. – Просто я так боялся, что ты будешь смеяться надо мной.

— С чего бы кому-то смеяться над тобой?

— С того, что я тоже не умею танцевать, – отвечает Араунн. – По крайней мере, не те танцы, которые танцуют сейчас. – Он протягивает руку. – Хочешь, мы оба притворимся, что умеем?

В его улыбке столько простоты и искренности, что я не могу устоять и, взяв его за руку, улыбаюсь в ответ. Он всегда был добр ко мне, и, несмотря на то что я его не люблю и предаю, я все равно ему благодарна.

Араунн увлекает меня в центр бального зала, и танцоры расступаются. Принц быстро учится новым движениям и всего через несколько минут уже ведет меня мягким покачивающимся шагом, который достаточно похож на танец, исполняемый всеми остальными, чтобы я не испытывала стыда.

Теперь я перестаю беспокоиться о том, как двигаюсь сама, и обращаю внимание лишь на улыбку Араунна и на то, как он мягко сжимает меня в объятиях.

— Лиа, – бормочет он. – Я хотел бы поговорить с тобой.

— О чем? – спрашиваю я, пораженная до глубины души, а затем поспешно добавляю. – Я делала только то, чему меня учили и чего требовали боги.

— Нет, – качает головой Араунн. – Я не имею в виду… Конечно, я благодарен тебе за то, что ты спасла нас, но я хотел поблагодарить тебя за то, что… – На несколько мгновений он замолкает, и мы молча покачиваемся под музыку. – Я вырос на рассказах о чудесах. Иногда видел, как их совершали моя мать и святые при дворе. – Я вздрагиваю, вновь вспоминая, сколько ему лет и что он родился и вырос совершенно в другом мире. – Но они не были для меня чем-то особенным, – продолжает Араунн. – Это был лишь привычный для меня мир. А затем пришел Рувен.

— И? – Я спотыкаюсь, чувствуя, как сильнее забилось мое сердце.

— Он уничтожил нас, – говорит Араунн, отрешенно глядя куда-то в сторону. – Он посмеялся над моей матерью, но вместо того, чтобы испытать на себе ее гнев, навел сон на наш двор. Но его чары не подействовали мгновенно. Я не знаю, как долго я боролся, пытаясь снова начать двигаться или заговорить. А когда я наконец сдался на милость сна, то подумал, что стою на пороге смерти.