Книга Фиктивная королева волков. Условия ставлю Я, страница 62 – Виолетта Вейл

Ада допустила копию только как объяснение наших запросов. Содержание протокола суд должен был устанавливать по официально найденной книге. Решение не избавляло Сану от последствий и не позволяло представителю закрыть глаза на независимую находку.

Представитель перешел к проверке налоговой ведомости.

— Вы знали, что после нее можете временно потерять четкость зрения?

— Знала, что четкость может исчезнуть на несколько часов или дней. Постоянный вред лекарь считал маловероятным, но не исключал.

— И убедили суд разрешить продолжение.

— Объяснила, что без старого документа совет утром мог ограничить дело двумя свежими подделками. После этого сделала перерыв, прошла повторный осмотр и не наносила состав сама. Ада могла отказать.

Представитель повернулся к судье.

— Председатель подтверждает разрешение?

— Подтверждаю, — сказала Ада. — Я записала пользу, риск и доступные альтернативы, после чего разрешила Лауре Сет исследовать третий документ при наблюдении госпожи Весс. Когда четкость зрения снова ухудшилась, работу прекратили. Не называйте исполнение моего постановления неповиновением.

— Тогда суд разделяет ответственность за вред?

— Суд отвечает за допустимость действия. Специалист — за точность работы и согласие на медицинский риск. Сегодня мы решаем, может ли она безопасно продолжать экспертизы, а не переписываем вчерашнее разрешение задним числом.

Разрешение Ады не делало дальнейшую работу безопасной. Зрение и статус стороны создавали два самостоятельных основания временно передать проверки другому специалисту.

Лаура подтвердила, что сама наносила проявитель на налоговую ведомость. Серийный дефект на свежих документах увидели два человека через физическое увеличение. Мои выводы опирались на записанные цвета, порядок слоев и оптические рисунки, которые можно было проверить повторно.

— А если госпожа Весс повредила документ третьим составом? — спросил представитель.

— Контрольный край проверен до и после, — ответила Лаура. — Нового разрыва нет. Запечатанная часть проявителя передана второй лаборатории, оптические рисунки доступны для повторного сравнения.

Последствие моего решения существовало: зрение временно ухудшилось, а продолжать лабораторную работу я не могла. Признать документ измененным мной факты не позволяли.

Северин выступил последним.

Он говорил без гнева. Описал Ардена Весса как способного специалиста, который позволил личной уверенности превысить закон. Затем положил на стол признание отца.

Я узнала подпись даже с места.

— Арден признал, что изменил государственный договор и скрывал контрольную копию, — сказал Северин. — Его дочь повторяет тот же путь: изымает бумагу, обходит хранение и объявляет систему преступной.

Ада проверила печать на футляре.

— Откуда документ?

— Личное хранилище Первого хранителя. Он не относится к брачному делу, поэтому я передаю его добровольно.

— Почему не представили раньше?

— Не хотел использовать трагедию семьи против госпожи Весс. После ее обвинений вынужден защищать Палату.

Признание вскрыли при свидетелях. Текст содержал слова отца о незаконном хранении копии и попытке принудить Палату к проверке. Ниже появлялась другая строка: «Подтверждаю собственное внесение изменений в государственное соглашение».

Между двумя частями стоял пустой квадрат ремонтной печати.