Книга Лучшая бабушка. Империя Железной леди, страница 15 – Арина Теплова

— Рита, приготовь к вечерней ванной мои кремы и бальзамы для волос и кожи.

— Ваши кремы? Но где ж их взять?

— В смысле? У меня что, нет крема для лица даже? Прости, Рита, у меня что-то с памятью, много чего не вспомню никак.

— Бывает, Нина Георгиевна. Вы же долго головой болели-то.

— Неужели? Так что с моими кремами?

— Так нет же их. Вы же еще год назад велели все выкинуть, потому что доктор вам сказал, что кремы дурно влияют на вашу кожу, оттого у вас и морщины многие.

— Уж не Борис Евсеевич так сказал? — подозрительно спросила я.

— Он самый. А еще он вам прописал уриной умываться и подмываться, чтобы болезней всяких не было, ну, вместо кремов и бальзамов всяких.

— Что? Уриной? Мочой что ли?

— Да, Нина Георгиевна. Мы как раз вылили ее всю, что в запасах была. Когда вы померли-то… Ой, простите, не то я сказала.

— И верно сделали. Никакой больше урины я использовать не буду. А этого тупого эскулапа Бориса Евсеевича на порог больше не пущу.

— Но Борис Евсеевич говорит, что лечение уриной — это новый передовой метод, очень популярен сейчас.

Передовой метод?

Обалдеть просто!

Ни в какую уринотерапию я не верила. Если организм выводит мочу из себя, значит, она была не нужна в теле и явно не могла принести никакой пользы. Организм человека уникальное умное творение и сам прекрасно знает, что ему нужно, а что нет.

— Пусть он сам ей и лечится, Рита, — высказалась недовольно я. — Неудивительно, что от меня воняет как от старой навозной кучи!

С этими словами я вышла из своей спальни и направилась вниз. Куда идти, я уже знала, но всё равно смотрела по сторонам. Решила после ужина обязательно пройтись по особняку, осмотреть тут всё.

Когда я вошла в лиловую столовую, все семейство уже было в сборе. Дочери сидели на диванчике сбоку, Аркадий говорил о чем-то с моим старшим сыном Антоном у окна, а еще какой-то мальчик лет шести тыкал кочергой в дрова в камине. Наверное, это был еще один мой внук, сын Клавдии.

За мной влетела в просторную комнату Людочка и выпалила:

— Бабушка, прости, пожалуйста, я чуть припоздала!

— Могла и вообще не приходить, босячка. Никто тут тебя и не ждет, — буркнул Антон, подходя к столу.

Людочка испуганно замерла на месте и тут же отошла в сторонку, присела на дальний диван.

Мне это все очень и очень не понравилось. Поэтому я решила сразу же расставить все точки над "и".

— Людмила — моя внучка, — произнесла я строго. — И имеет такое же право находиться и жить в этом доме, как и вы все. И прошу впредь не сметь при мне отзываться о ней плохо или в гнусном ключе. Я ясно выражаюсь, Антон?

Сын метнул на меня очередной злобный, невольный взгляд и ответил:

— Как скажешь, матушка.

— Это всех касается, — ответила я, обводя всех предостерегающим взглядом.

Не успела я пройти дальше, как около меня «нарисовался» лысый, круглолицый господин. Незнакомый, с желтоватым лицом и маленькими поросячьими глазками. Какой-то невыносимо отталкивающий на вид.

— Нинель, прости, что без приглашения приехал к вам на ужин, но сегодня днём тут такая суета была, — произнес он чуть заикающимся голосом, назвав мое имя на французский манер.

— Ещё бы, — заявила я, думая, что моё «воскресение» точно вызвало суету вокруг.

— Мне так нужно с тобой переговорить об одном очень важном деле.