Книга Между строк, страница 49 – Ирина Фуллер

Когда уже отчаяние и усталость овладели ею, вынудив остановиться, Констанция вдруг заметила мелькнувший за поворотом хвост.

Пришлось бежать следом. Где-то на полпути она скинула мешающий плащ: вентиляция в тайных ходах была ни к черту. Констанция вся взмокла, пока играла в догонялки в душных узких коридорах.

Она пыталась шепотом звать Софию, но та была слишком далеко, чтобы услышать безусловно мудрые доводы, почему следовало вернуться в ловец.

Увлеченная преследованием, Констанция скоро перестала понимать, где находится. И оттого громкое «Что у вас тут происходит, Торин?», раздавшееся будто бы в паре метров от нее, заставило подпрыгнуть от неожиданности.

Могла ли она проигнорировать такое? Смог бы хоть кто-нибудь?

Оглядев стену, Констанция заметила крохотное отверстие: в тайном коридоре было темно, а по ту сторону — светло, и из-за этого маленькая дырочка горела как крохотная звезда на ночном небосклоне. Этот глазок будто специально был сделан, чтобы наблюдать за тем, что происходило в комнате, и требовательный оклик, обращенный к начальнику Библиотеки, вынудил Констанцию припасть к нему.

Пять книжников, включая Артура Кинга и Илью, выстроились в ряд, как солдаты на плацу. Вдоль этой шеренги прохаживался коренастый мужчина. Возможно, он был ростом с Констанцию, то есть не такой уж миниатюрный, но рядом с широкоплечим, высоким Ильей и длинным, худощавым Кингом казался комично низким. Его светло-русые волосы были неаккуратно прилизаны, в явной попытке прикрыть приличную такую лысину. Несмотря на не слишком представительную внешность, голос у него оказался командирский.

Почему этот человек отчитывал их руководителя, Констанция не знала. Видела ли его прежде, вспомнить не могла — уж больно непримечательные лицо и фигура. Сотрудников в Основном Фонде было немало, всех не запомнишь. Но что-то подсказывало, что этот книжник был не местным.

— Это провал, дорогие мои, — развел он руками и остановился напротив Ильи.

Встал едва не нос к носу. Ну или… нос к солнечному сплетению. Илья не шелохнулся, но прошелестел куда-то в район зализанной лысины:

— Мы делаем все возможное, Нелидов.

Так тихо, что Констанции пришлось прислушиваться.

— А надо невозможное, Торин. Надо невозможное.

Нелидов… фамилия прозвучала знакомо. Констанция определенно слышала ее прежде. Не здесь, в Москве. Вот только что это была за птица? Зачем прилетела в Петербург? И о каком провале шла речь?

Нелидов шагнул к неизвестному Констанции книжнику.

— Встретился с ним лицом к лицу и оказался без ловца, Басин…

Басин виновато опустил голову с копной рыжих волос.

— Позорище! — выплюнул Нелидов и после долгой, неприятной паузы, во время которой он, вероятно, прожигал взглядом Басина, шагнул к его соседу.

— Опять с больничного? Третий за три года. Третий! Тебе бы на воды, а не на почетной службе служить, коль такой болезный.

— У меня проблемы с суставами, я ходить не мог… — попытался оправдаться второй книжник.

— Да мне насрать! Не можешь работу выполнять — увольняйся! Хочешь по больничкам валяться, пока другие дело делают? Скатертью дорожка! Никого не держим.

Нелидов не стал ждать ответа, шагнул к Артуру.

— А ты, Кинг? Совсем страх потерял?

— Прошу прощения?

Артур, как и Илья, держался сдержанно, но отстраненно-вежливый тон давался ему куда лучше, чем Илье.