Книга Ты ушёл. Но не отпустил, страница 36 – Саша Вельская

— Что там? — спросила я.

— Потом.

— Тамара Леонидовна.

Она повернула папку ко мне.

На первой фотографии я выходила из машины Артёма у аэропорта.

На второй он держал меня за локоть.

На третьей мы сидели рядом на скамье.

Под снимками стояла дата.

День, когда Роман увёз детей.

— Они утверждают, что вы состоите в отношениях? — спросила я.

— Пока утверждают, что на фоне эмоциональной нестабильности вы проводите время с неизвестным мужчиной.

— Он помог мне добраться до аэропорта.

— Я знаю.

Я перевернула страницу.

Артём выходил из моего подъезда в одиннадцать двадцать вечера.

Снимок был сделан в тот день, когда он ремонтировал трубу.

Другая фотография — он входил с пакетами.

Ещё одна — моя мать передавала ему ключи.

— Они следили за домом, — прошептала я.

— Не смотрите на Романа.

Я всё равно посмотрела.

Он стоял у окна и разговаривал с адвокатом.

Спокойный.

Уверенный.

Почувствовав мой взгляд, обернулся.

И едва заметно улыбнулся.

Не Валерия.

Не любовница.

Не развод.

Его настоящей страстью была победа.

Началось заседание.

Судья, женщина лет пятидесяти, читала документы быстро и без выражения. Выслушала Тамару Леонидовну, потом Павла.

Он говорил мягко.

Почти сочувственно.

— Мой доверитель не стремится разлучить детей с матерью. Напротив, он предлагает равное участие обоих родителей. Однако Вера Андреевна систематически препятствует общению, формирует у детей негативный образ отца и принимает необдуманные решения, ухудшающие условия их проживания.

Он перечислял.

Я не разрешила ночёвку на яхте.

Самостоятельно переехала из просторной квартиры.

Наняла няню без согласования.

Работаю вечерами.

Отказалась от финансово выгодного соглашения.

В аэропорту находилась с неизвестным мужчиной, который регулярно посещает мой дом.

Каждый факт был настоящим.

И каждый был вывернут так, что я едва узнавала собственную жизнь.

— Кроме того, — продолжил Павел, — после развода супругов мать детей находится в эмоционально нестабильном состоянии.

— На каком основании вы это утверждаете? — спросила судья.

Павел передал ещё один документ.

— Аудиозапись телефонного разговора.

У меня похолодело внутри.

В зале прозвучал мой голос.

«Если ты сядешь с ними в самолёт, я подам заявление».

Потом:

«Я этого не забуду».

И:

«Это обещание».

Запись была обрезана.

Не было слов Романа о том, что он забрал детей без предупреждения.

Не было его отказа сообщить адрес.

Только мой страх, превращённый в угрозу.

— Представлена полная запись? — спросила Тамара Леонидовна.

— Это существенная часть, — ответил Павел.

— Я спрашиваю о полной записи.

— Мой доверитель не обязан хранить весь разговор.

— Зато мы сохранили его целиком.

Она подключила телефон.

Теперь зал услышал всё.

Слова Романа:

«Для поездки внутри страны оно не требуется».

«Потому что с тобой невозможно договориться».

«Не устраивай истерику».

Я сидела неподвижно.

Павел больше не улыбался.

Судья выслушала запись до конца.

— Роман Сергеевич, почему вы не уведомили мать заранее?

Он встал.

— Я пытался договориться о ночёвках, но постоянно получал отказ. Дети хотели поехать. Я понимал, что Вера станет возражать по личным причинам, не связанным с их интересами.

— То есть сознательно поставили её перед фактом?

— Я сообщил, как только мы выехали.

— После того как забрали детей из дошкольного учреждения?