Книга Тень на странице, страница 116 – Ирина Фуллер

Он переключил слайд с графиком.

— Как видите, даже базовое внедрение этих мер в тестовых регионах снизило количество поступающих к нам тревожных сообщений на тридцать четыре процента. Поэтому мы предлагаем переопределить параметры достоверности, обсудить возможность сотрудничества с ИТ-стартапами в секторе медиаобработки.

Из зала снова раздался вопрос:

— То есть вместо того, чтобы усовершенствовать технологию определения разрывов и упростить работу охотников, вы предлагаете финансировать спорные проекты, работа над которыми будет длиться десятилетия?

— Да, что вы предлагаете делать нам сейчас? — спросил кто-то из другого конца зала. — Зашумление можно было бы значительно улучшить уже в ближайший год. Сейчас с ним больше мороки, чем эффекта!

Арсений Федорович не растерялся:

— Коллеги, разумеется, точечное улучшение технологий — существующая необходимость. Но давайте смотреть шире. Речь идет не о замене одного подхода другим, а о создании системного иммунитета.

Он принялся расхаживать вдоль экрана:

— Сейчас в научных кругах идет разработка таких технологий, которые позволят создавать синтетический контент, не отличимый от реального. Представьте мир, где любое видео — даже снятое на обычный телефон — можно будет подвергнуть сомнению просто потому, что нейросети научились создавать идеальные подделки. Мы не просто маскируем аномалии — мы меняем саму парадигму восприятия. Через пять–семь лет, когда такие инструменты станут общедоступными, никакие кадры разрывов не вызовут доверия. Зачем спорить с конспирологами, если можно сделать их аргументы бессмысленными?

По залу пронесся недоверчивый ропот.

Эдик, все еще сидевший очень близко к Констанции, прошептал:

— Кажется, скоро нас захватят не персонажи, а роботы.

Она хмыкнула, обдумывая услышанное.

— Это будет хаос! — заметил кто-то из зала.

— Как говорил один персонаж, — раздался вдруг знакомый голос с английским акцентом, — хаос — не яма, хаос — это лестница.

Констанция обернулась, невольно отстраняясь от Эдика. Она нашла глазами лицо Кинга и насмешливо ответила:

— Вы цитируете Петира Бейлиша — беспринципного интригана, предателя, манипулятора и плута. Будем опираться на его мировоззрение?

Артур взглянул на нее, хитровато прищурившись:

— Его сюжет еще не дописан. Не исключено, что он единственный, кто останется живым из всех героев.

Аудитория заметно оживилась: кажется, завершение цикла Джорджа Мартина взволновало их куда больше, чем потенциальное раскрытие деятельности книжников и вероятный захват человечества искусственным интеллектом.

Констанция не пожалела, что послушала этот доклад, правда, была озадачена тем, что и Артур решил пойти в этот зал. Об этом она спросила его в перерыве.

— Увидел, что вы пошли не в зал для охотников, был заинтригован. Нашел тему любопытной, решил тоже послушать, что волнует наших коллег. Оказалось полезно. А вас что туда привело?

— Эдик предложил.

Мужчины будто только теперь заметили друг друга, пожали руки.

— Эдуард.

— Артур Кинг.

Последний продемонстрировал навыки small talk. Констанция всегда немного завидовала его способности выдумывать вопросы незнакомцам за секунду. Эдик охотно отвечал. Завязался разговор, за время которого, видимо, у нее сделалось такое постное лицо, что Эдик замолчал и, как бы извиняясь, произнес: