Книга Главное не влюбиться, страница 6 – Татьяна Катаева

И надо же отцу было влюбиться, а позже и жениться именно на матери этой дикарки. Ксения Снежина, которая за полгода учёбы на первом курсе универа уже успела прославиться. Благо, я хотя бы первые полгода пропустил и не видел этого цирка. А вот сейчас предстоит предерживать её и приглядывать. А то карьера отца полетит к чертям.

Быть сыном политика — это, поверьте, настоящее наказание. Следить надо не только за репутацией отца, но и за своей в частности. А теперь получается, и за репутацией мелкой тоже надо наблюдать и не допускать оплошностей. Одно дело — когда она была в школе, там ещё можно было расслабиться. Хотя и там она чудила. Но институт — дело серьёзное. Отец дождаться не мог моего возвращения. Конечно, мне же больше заняться нечем, как нянчиться со сводной сестрой.

Александр Геннадьевич говорит, что это подготовка к взрослой жизни. После окончания универа он хочет меня затащить в политику. Упаси боже от этого.

Продолжаю пить виски и не смотреть в их сторону, но всё равно взгляд цепляется за неё. И тут замечаю, как напрягается Саня. Он будто каменеет — в одну секунду.

— Эй, ты чего? Куда так смотришь? — перевожу взгляд туда, куда он смотрит. И сразу понимаю, что сейчас всё пойдёт по известному сценарию. — Твою мать, бля. Прости, я не знал, что они тут будут. Сука, надо же было именно в этот клуб прийти?!

В дальнем углу, за отдельным столиком — Катя.

Та самая.

Первая любовь Сани, из-за которой он когда-то, не раздумывая, ушёл в армию. Рядом с ней — Эльдар Высотников, её муж. Тот самый, за которого Катя вышла замуж «по залёту».

И вот теперь они тут — красивые, спокойные, будто ничего никогда не было. А Саня — не из тех, кто умеет делать вид, что ему всё равно.

Лисицкий резко поднимается на ноги.

— Не надо. Давай уедем, — пытаюсь остановить его я.

Знаю же, что ничего хорошего с этого не выйдет.

— Да угомонись ты. Я лишь поздороваться, — говорит безэмоционально. Но я ведь знаю, какой Армагеддон он проживает. Потому что был с ним рядом в тот период. Видел, как его ломает.

— С тобой идти? — в надежде спрашиваю, что согласится.

— Да ладно тебе, Кир. Я просто поздороваться. Поздравить с днём рождения. Нормально всё.

Вот только в его «нормально» никогда ничем хорошим не заканчивалось.

Я хватаю его за руку, но он уже вырывается. Идёт прямо к ним — тем самым шагом, вроде бы спокойным, но каждый мускул выдаёт злость.

Я не слышу, о чём они говорят, но напряжение за столом видно даже на расстоянии. Высотников поднимает бровь, скользит взглядом по нему, как по какому-то старому врагу, которого едва помнит. А я стою неподалёку, готовый вмешаться.

Пока всё выглядит спокойно. Катя и Каролина даже обнимают Саню по очереди. Стас, муж Каро, пожимает руку и по-братски стучит по плечу. Если не ошибаюсь, они даже дружили со Стасом некоторое время. И всё выглядит безмятежно. Я даже уже почти выдыхаю — думал, пронесёт.

Но нет.

Саня что-то говорит и обнимает Катю, а лицо Эльдара принимает болезненный вид. Одно короткое движение — и уже раздаётся глухой звук удара. Стол опрокидывается, бокалы летят на пол, музыка будто становится громче.

Катя вскрикивает, охрана рвётся через толпу. Я бросаюсь к ним, хватаю Саню за плечо, но он уже успевает отвесить Эльдару ещё один.