Книга Фиалковое сердце Питбуля, страница 205 – Лана Муар

Эва всхлипнув, откидывается назад, когда мои губы жадно впиваются в ее грудь сквозь кружевную вышивку купальника. Я рычу, опустив одну ладонь ниже, чтобы подхватить и плотнее прижать к себе Эвридику, а другой рву в стороны мешающую нам двоим ткань. Пьяный угар бьёт наотмашь острыми розовыми пиками сосков, а из моего горла рвется хрипящий восторг. Я припадаю к ним, солёным от морской воды, обвожу языком, чтобы после втянуть в рот и сорвать протяжный стон. Мелко подрагивая, ноги Эвы сжимаются вокруг моих бедер, ногти впиваются в затылок, не отпуская и в то же время пугаясь скользнувшей под плавки ладони. Я прикусываю и тут же целую ее шею, тянусь к губам, чтобы выпить остатки стыда. Робкий протест. Поцелуй. Спазм. Поцелуй. Распахнувшиеся от прикосновения к пылающему лону ресницы. И снова поцелуй. Я схожу с ума, чувствуя как Эву раздирает от противоречивых желаний. Всхлипнув, она закрывает глаза и закусывает губы. Будто отдается моей воле. Алый румянец вспыхивает на щеках и перекидывается на ушки, когда я едва касаясь провожу пальцем вдоль пылающих губок и нахожу крохотную горошинку клитора. Новый спазм, больше похожий на судорогу. Шумный выдох, в конце сорвавшийся в короткий и задушенный стон. Мои губы прихватывают и не отпускают тугой сосок, а палец снова ласкает, дразня легкими прикосновениями, замирающими на мгновение, чтобы Эва могла выдохнуть мечущиеся сомнения. Она боится разрешить себе рвущиеся стоны. Вздрагивает от каждого, сильнее сжимает ноги, но выдохнув один, следующий звучит дольше и смелее. Будто набирающая скорость лавина, ее возбуждение уже несется, набирая скорость и сметая все на своем пути. Снова касание, надавливающее чуть сильнее на клитор. Мой затылок ноет от остроты впившихся в него ногтей, а гудящие мышцы вибрируют в ответ на первый стон, в котором больше мольбы, чем стыда. Задыхающийся вдох, дернувшиеся навстречу ласкам бедра и жалобный всхлип, запнувшийся и переродившийся в захлебывающееся исступление, когда мой палец исчезает и на его место приходит пульсирующий от зашкаливающего возбуждения член.

Мне приходится закусывать до крови губы и тормозить встречные рывки Эвридики, чтобы снова не кончить в первую минуту. Ее лоно сжимает мой член так сильно, что каждая его пульсация прошибает меня до кончиков волос и после рассыпается внутри тела опаляющими искрами. Я чувствую себя мальчишкой, впервые дорвавшимся до женщины. Пытаюсь всеми силами оттянуть неизбежное и в то же время понимаю, насколько жалко и тщетно это получается. Невозможно противостоять тому, что сметет меня и утопит, даже не заметив. И с Эвой именно так: гораздо ярче, чем с кем-либо, и в разы острее. Мои попытки удержать себя лишь на мгновение гасят захлестывающие с головой волны, но каждая следующая оказывается в разы сильнее предыдущей. И что бы я ни делал, как бы не пытался им сопротивляться, меня уже сшибло с ног и смело. А Эва вскрикивает, выгибаясь назад, впивается ногтями в мои плечи, подрагивая от бьющей ее эйфории… И я лечу за ней, задыхаясь. Лечу, подхваченный ее стоном, не слыша свой хрипящий выдох. Нет ничего вокруг. Есть только мы и то, что между нами. Бесконечный и бескрайний мир ярких красок, ради которого я без раздумий пойду на все.

— Даже не вздумай что-нибудь ляпнуть.