Книга Связанные прошлым, страница 35 – Кора Рейли

Я вошел до конца одним резким движением. Валентина прижалась ко мне, ее губы вытянулись в тонкую линию от сдерживаемой боли.

Удовольствие пульсировало во мне. Я не мог вспомнить, когда я испытывал нечто подобное – если вообще испытывал.

— Скажи мне, когда мне можно двигаться.

— Мне комфортно.

Я начал медленно трахать ее. Каждый толчок приближал меня к разрядке. При взгляде на ошеломленное и покрытое каплями пота лицо Валентины удовольствие лишь нарастало. Первобытное удовлетворение от того, что я первый вошел в нее, переполняло меня. Это должен был быть просто трах, но, когда я взглянул на женщину под собой, мне показалось, что это нечто большее, чем просто долгожданная разрядка. Поддавшись импульсу, я поцеловал Валентину, когда кончил. На мгновение я позволил себе потеряться в ее вкусе, закрыв глаза. Когда я открыл их и увидел выражение лица Валентины, то быстро отстранился. Я не хотел, чтобы она надеялась на то, чего я не мог ей дать.

Убедившись, что с ней все в порядке, я вышел из комнаты, не взглянув на ее, несомненно, обиженное лицо.

Было бесчестно с моей стороны оставить жену вот так после нашего первого раза вместе, после ее первого раза, но степень моей вины и одновременно растерянности заставили меня бежать в поисках уединения. Мне нужно было время подумать и успокоиться.

Зита бросила на меня любопытный взгляд, когда я проходил мимо нее, направляясь в свой кабинет.

Как только за мной закрылась дверь, я, пошатываясь, подошел к своему столу и опустился в кресло. Мой взгляд упал на фотографию Карлы. Вина с новой силой накрыла меня. Проведя пальцами по волосам, я отложил рамку, не в силах выдержать взгляд моей покойной жены.

К вине за предательство Карлы примешивалась еще одна эмоция: вина за то, как я обращался с Валентиной. Она не сделала ничего плохого. Воспоминание о том, как она отдалась мне всего несколько минут назад, камнем легло мне на грудь. Я опустился обратно в кресло.

Будучи рациональным человеком, я понимал, что неразумно чувствовать себя обязанным мертвой женщине, когда рядом со мной есть живая, глубоко чувствующая женщина, о которой я должен заботиться. И все же я разрывался между настоящим и прошлым.

Я поднял рамку, открыл ящик стола, на мгновение заколебался, прежде чем, наконец, положил ее внутрь и закрыл ящик.

Это не могло заставить прошлое замолчать. Мои пальцы задержались на ручке. Вздохнув, я откинулся назад и закрыл глаза.

Данте

На следующий день я встретился с Джованни, Рокко и отцом в особняке Скудери на нашем еженедельном собрании по рабочим вопросам. Отец посмотрел на меня, сощурившись, когда я вошел. С тех пор как я женился, он стал следить за мной еще пристальнее. Я не был уверен, чего он ждал. Я пожал руку Рокко.

— Как тебе семейная жизнь?

Я натянуто улыбнулся и ничего не ответил. Мой брак их не касался. Затем я повернулся к Джованни.

— Как Вэл? – тихо поинтересовался он.

В его взгляде мелькнуло беспокойство. На его вопрос было трудно ответить. Валентина была недовольна нынешним положением дел, и прошлая ночь ничего не изменила. Она хотела близости на эмоциональном уровне. Но она была умной женщиной. То, что она попросила меня устроить ее на работу, говорит об этом. Но даже работа не могла полностью заглушить несчастье Валентины. Тем не менее, я должен был признать, что мое предложение взять ее на должность менеджера в казино было подстегнуто надеждой на то, что она будет слишком занята, чтобы размышлять о нашей эмоциональной отчужденности. Это казалось единственным способом гарантировать ее счастье, а я хотел, чтобы она была счастлива.