Книга Няня для дочки отца-одиночки, страница 99 – Олли Серж

Достает свой телефон и кого–то набирает.

— Уткин! Нет! Обедай, обедай. И жуй хорошо. Но как закончишь, проследи, чтобы наши друзья организовали праздник. Новоселье. Загрузи им водочки, закуски. И пригласи ПДН. Да, сразу Зое Константиновне звони.

Смотрю на него, не зная бояться или восхищаться.

— Фото–видео отчет обязателен.

Сбрасывает.

— За меня никогда и никто не заступался, кроме мамы, – говорю тихо.

— А как же Ольга Борисовна? – Усмехается Вахтанг.

Я смеюсь.

— Она – авария ещё похлеще меня. Всю жизнь воевала со свекровью. Но та ее переиграла.

— Как?

— Умерла в день ее рождения.

— Страшное дело, – прыскает майор. – Давай, мы с тобой займемся… – понижает голос и наступает на меня, заставляя вжаться спиной в стену.

— Чем? – Шепчу, чувствуя, как в животе снова становится щекотно.

— Этим мы займемся ночью, – мурлычет он мне в ушко и влажно целует в шею. – А сейчас – сбором вещей займемся. Нам ещё твоему любовнику ключи завозить.

— Вахтанг! – Оскорблено толкаю его ладонями в грудь. – Ты… Ну вот зачем ты это говоришь? Обижаешь.

— Я пока не убедился в обратном и все еще ревную. – Подразнивает он меня. – И извиняться буду тоже ночью.

— А вот не факт, что я приму извинения, – надуваюсь. – Возьму и усну в детской.

— Я тебя спящую унесу туда, где тебе быть положено. Быстро целуй меня и давай дальше с вещами разбираться.

— Вот ещё! – Фыркаю.

Сбегаю от Вахтанга в спальню. Но дверь закрыть не успеваю. Майор подхватывает меня и роняет на кровать, начиная щекотать.

— Попалась!

— Нет, нет… – смеюсь, уворачиваясь. – Черт! Даже не ударить тебя!

Глажу по плечу. У него болит. В машине лежат обезболивающие.

Нежничая, обрисовываю костяшками его скулы и губы.

И, конечно, Вахтанг не теряется. Прикусив на мгновение мои пальцы, подается вперед, впиваясь в мои губы.

Поцелуи из глубоких и игривых становятся жадными и горячими. Хриплое дыхание рассыпается мурашками по моей коже.

— Зарина… – шепчет Вахтанг. – Что ж ты мне так башню то отрываешь, женщина. Надеюсь, мое сердце выдержит такие нагрузки.

Расстегивая его форму мурлычу что–то невнятное.

От горячих поцелуев майора я мгновенно перестаю соображать, превращаясь в инстинкты и желание принадлежать этому мужчине.

— Ты такой красивый, – притягиваю Вахтанга к себе ближе и целую в шею. Прохожусь пальчиками по короткому ежику на затылке. – Как актер. Можно я буду представлять, что я – преступница, а ты меня задержал. Но влюбился. И вместо того, чтобы наказать…

— Решил трахать… – хрипит он ныряя рукой под юбку к моим трусикам.

Сдвигает их в сторонку и врезается в меня пальцами.

— Вот так. Сразу. Зная, что ты мокрая... Очень сомнительно, девушка. Я всё–таки профессионал. Но в своем кабинете я тебя обязательно отлюблю. Так, чтобы тебе было невозможно стыдно и хотелось кричать на все отделение. Но было нельзя. Зарина…

Перед моими глазами стробоскоп. Ничего не понимаю. Не могу и не хочу его останавливать!

Нас буквально трясет от нетерпения.

Вахтанг врезается в меня мощно, безжалостно и глубоко.

Я гашу стоны в его плече. И то, что мы наполовину только раздеты, мне тоже доставляет. Добавляя происходящему спонтанного, чистого наслаждения, которого я была лишена.

Хочу! Хочу его! Вот такого… не нежного, властного собственника.

Темп постоянно сбивается. Вахтангу неудобно напрягать руки. И в какой–то момент он просто усаживает меня сверху. Мы тонем в мягком матрасе и десятке дизайнерских подушек.