Книга Няня для дочки отца-одиночки, страница 3 – Олли Серж

— Я отвечаю за результат! – Продолжает няня. – И как вы понимаете, в работе не нуждаюсь. Так что вы решаете?

А черт с ним!

— На все согласен. Будьте через час. Мне сегодня придется выйти в ночь.

Отчеты горят.

— Я смогу только утром, Вахтанг Динарович. У меня сегодня Радзинский! Билеты куплены за пол года! Да и вот так – с бухты–барахты… Мне нужны педагогические материалы.

Вот и ничего ей не скажешь! Старая ведьма с тремя высшими!

Но ведь ты ее за них и взял, Добрый?

Да. И очень по этой причине злой.

— Хорошо, жду в девять.

Поворачиваюсь к дочери, сбрасывая звонок.

— У меня есть две новости, малышка, – говорю ей. – Хорошая и плохая.

— С ховошей. А плохую не говори.

Усмехаюсь.

— Сегодня я буду сам тебя укладывать спать, но утром придет Милла Георгиевна.

— Мигева? Нет! Я не хочу!

— Алена, не обсуждается! – Обрываю дочь.

Начинает трясти губешками.

— Ты меня не любишь. Я уйду к цыганам.

— Зачем к цыганам? – Вставляю в зубы сигарету.

Мне страшно – пиздец. Потому что гены матери пальцем не сотрешь. Юное дарование так и фантазирует нескучными идеями.

— Буду ходить с ними по миву и искать маму! – Складывает дочь на груди ручонки.

Саныч, похлопав меня по спине и тяжело вздохнув, садится за руль.

— Едем, товарищ майор?

Затягиваюсь дымом. Так, что мне там советовали великие врачеватели душ? Спросить ребёнка прямо, что сделает его счастливым? А больше у него ничего не спросить?

— Телефон дать? – Сажусь в машину.

— Дать! – Оживляется малявка.

— Только с ним к цыганам нельзя. Отберут.

— Так уш и бывть, – авторитетно расправляет юбочку платья дочь. – Сегодня не пойду.

А ремня?

— Поехали, Саныч.

Весь наш вечер проходит под конфетные челленджи и дурные песни.

Мешаю кашу, пытаясь параллельно изучить материалы допросов.

Неожиданно в комнате наступает тишина.

— Алена, отойди от телевизора! – на всякий случай, захожу проверить, что случилось.

— Там мамочка… – шепчет дочь. – Папа! – Подбегает ко мне и тянет за руку к экрану.– Там мамочка, мамочка! Свочно!! Ее надо к нам привезти!

— Чего?

Растеряно подчиняюсь и во все глаза смотрю на молодую светловолосую женщину в розовом платье, которая что–то колдует волшебной палочкой для желейного зайца.

С чего вообще Аленка решила, что Марья выглядела именно так?! Я же спрятал все фотографии!

Но похожа. Этого не отнять… Мне даже становится немного жарко.

Когда–то подобные золотые локоны, которые на самом деле оказались крашенными, свели меня с ума. И эти глазищи….

— Мама! Там мамочка! – Дергает меня за руку дочь.

Я забираю пульт и безжалостно выключаю канал.

— Это не мама. Быстро ужинать и спать!

С кухни раздается характерное шипение выкипевшей каши.

— Ты пвахой! – Неожиданно со всего размаху лупит меня дочь. – Ты не хочешь, чтобы мамочка вернулась!

Рыдая, Аленка убегает вверх по лестнице.

Я опускаюсь на диван и обхватываю голову руками.

Мне становится резко наплевать на то, что горит плита, а в отдел пятнадцать минут назад привезли подозреваемого по важному делу.

Хочу ли я, чтобы мать Алёны вернулась? Наверное, не хочу. Но делаю для этого все возможное. Тайская тюрьма – это не курорт. Это другая страна. Другие законы. А я – не Господь Бог.

В кармане звонит телефон.

— Вахтанг Динарович, мы подъехали, – сообщают мне стажеры.

Вот кто самая подходящая компания для Аленки. Интеллект примерно на одном уровне.