Книга Принц ненависти, страница 55 – Джаггер Коул

Атлас играет в гонки с грёбаной ядерной боеголовкой, и ему нужно остановиться.

— Теперь, имей в виду, я бы сделал то же самое — покрывал всё это, то есть — если бы мой сын оказался пироманьяком-психопатом...

— ДОВОЛЬНО!

Атлас наконец замолкает, когда Люсиль приставляет ствол ружья к его груди.

— Довольно, — снова выдавливает она, глаза полны слёз, но она каким-то образом берёт себя в руки.

Она убирает ружьё от Атласа.

— Я перестал играть в белых перчатках, если ты это имеешь в виду, — тихо рычу я, возвращая его внимание ко мне.

Меня взбесил не его тон. Не то, что это мой дом, в котором он решил устроить битву.

А то, что он назвал её своей. И образ того, как он прикасается к Розе… трогает её. Обладает ею.

Трахает её...

Вихрь внутри поднимается, как цунами, прежде чем я снова проглатываю его. Даже повторение слов Атласа в голове вызывает что-то зелёное и ядовитое, как яд в моём сердце, и мне приходится сдерживать это.

Мне нужно, чтобы он ушёл.

Сейчас.

Мне нужно, чтобы он ушёл, пока я не смогу больше сдерживаться.

— Она принадлежит...

— Полагаю, у неё другое мнение на этот счёт, — рычу я Атласу. — Но даже помимо этого, мне плевать.

Его глаза сужаются.

— Её мать была моей и была отнята у меня. Я получу то, что мне причитается.

— Ты получишь свои зубы и свои яйца, застрявшие в горле, если не уйдёшь через тридцать секунд, — холодно рявкаю я, вызывая ярость на лице Атласа и приподнятую бровь его брата.

— Роза находится здесь под моим контролем и по моим личным причинам.

Последнее, что мне нужно сейчас, — упоминать Пола или то, что он формально работает на меня, человеку, который может ненавидеть его даже больше, чем я. Потому что мне не нужно, чтобы Атлас Дракос охотился на Пола, как на собаку.

По крайней мере, пока я не получу от него то, что мне нужно.

Атлас так же не привык слышать слово нет, как можно предположить. Я вижу ярость в его глазах, его рука дёргается, будто он готов снова схватиться за пистолет. Прежде чем он успевает сказать или сделать что-то глупое, я засовываю руку в карман пиджака, и когда вынимаю, из моих пальцев свисает медальон Розы.

— Хочешь её?

Атлас смотрит на маленький медальон, и его глаза расширяются от узнавания. Да, он узнаёт его как её.

— Позволь мне уточнить. Хочешь её целой?

Если последние годы медленного превращения в монстра меня чему-то и научили, так это тому, как разговаривать с грёбаными монстрами.

Рот Атласа сжимается.

— Осторожнее, Принц.

Я качаю головой, глаза впиваются в его.

— Держись подальше от моего дома и любых дел, касающихся меня, — тихо шиплю я.

— И что это за дела, Золотой мальчик? — усмехается он. — Уж не те ли, в которых ее папаша бегает у тебя на побегушках?

Чёрт.

Я сохраняю абсолютно нейтральное выражение лица. Но я вижу блеск в глазах Атласа.

— Ты думаешь, я глуп, Принц?

Я не уверен, что требует большей силы воли: не ответить на этот вопрос или не прижать Розу к себе прошлой ночью и не впиться в её губы.

— Я прекрасно знаю, что Лоран что-то делает для тебя. Так что позволь мне сказать прямо. Отдай мне девушку, и я не буду охотиться на него, как на собаку...

— Нет, позволь мне сказать прямо, — холодно рявкаю я, бросаясь к нему достаточно внезапно, чтобы он вздрогнул.

— Пол работает на меня. Если ты причинишь ему вред, если подойдёшь к нему, если помешаешь его делам, ты получишь свой приз обратно. Но она придёт в маленьких, аккуратно нарезанных, индивидуально упакованных кусочках. Я ясно выражаюсь?