Книга Выйти замуж за «бугор», страница 39 – Любовь Матвеева

Замечали, как у нас мужчины некультурно плюют на землю? Неприятно это видеть. Но вы не видели этих виртуозов в Пакистане! Считается спортом плюнуть не под ноги, а на стену, и как можно выше! Потому со всех вертикальных поверхностей, и не только на улицах, но и в подъездах жилых многоэтажек, вдоль лестниц, стекают мерзкие харчки с остатками красной жвачки!

Да, поцеловаться с таким красавчиком не захочется…

Обычная картина: утро. Бездомные бродяги, ночевавшие на грязных матрасах, положенных в ряд поперёк тротуаров, поднимаются, а кто-то продолжает по-утреннему «нежиться» на земле, потягиваясь, совершенно не обращая внимания на прохожих. В это время суток пешеходы вынуждены ходить прямо по проезжей части, рискуя попасть под машину. Вставшие тут же справляют нужду, кто – большую, кто – маленькую, не смущаясь зрителями, прямо на глазах всех желающих и нежелающих это видеть. Уже с утра жара, и все миазмы немедленно поднимаются в воздух, испаряются. Вот откуда необыкновенный «аромат»!

А за фигурной кованой решёткой дорогущего забора, прямо напротив нашей гостиницы, роскошный особняк. Залежалые, мерзкие, разложенные по харчкам тюфяки скручиваются, перехватываются толстой проволокой с крючком, и рулоном подвешиваются на забор этого особняка. Тут им и висеть до вечера! А собственники грязных подстилок, потягиваясь, почёсываясь, зевая и хорошо, если ополоснув лицо из припасённой бутылки с водой, уходят по своим делам на весь день.

Это – каста неприкасаемых. Большинство их собирают мусор – весь подряд, авось что-нибудь попадётся! Огромные клетчатые синтетические китайские мешки таскаются по земле, имеют самый гадкий вид, как и те, кто их таскает. Такое впечатление, что эти люди ни разу в жизни не мылись, не стригли ногтей, волос, не выводили из головы и с тела паразитов – у них всё чешется, особенно часто – между ног. Они и чешут!..

Не напрасно им дано имя «неприкасаемый»!

Но нам, бывшим «советским», все люди – братья. Поймав твой сочувствующий взгляд, неприкасаемый тебя не оставит! Он будет таскаться за тобой и норовить задеть по ногам, а то и не по ногам, своим гадким, скользким от грязи и соплей мешком, пока ты не откупишься, дав денег! Потом он идёт искать другую жертву – так же только среди наших, бывших «советских». Мы-то, оказывается, как раз «прикасаемые»! Мы же сами дали им понять, что уважаем в них равных людей! На приехавших из других стран они ни глаз поднять, ни приблизиться не смеют! Те к ним и относятся, как к низшей касте.

В воздухе всё что-то посвистывает. Я долго наивно думала, что это – какие-то невидимые и неведомые птицы. Оказалось… пули! В стране четырнадцать враждующих между собой партий, у всех – оружие. По городу во всевозможных направлениях носятся пикапы с пулемётами в кузове и с вооружёнными автоматчиками. Ими же полны аэропорты, гостиницы, рестораны.

Выхожу как-то утром из нашего отеля, находящегося в самом центре. На площади перед гостиницей, на асфальте, лежит молодой мужчина. На белой рубашке расплывается красное пятно, и из пробитого пулей виска струится кровь. Тут же несколько зевак и полицейский.

— Мистер, вот из ит? «Что это?» – в ужасе спрашиваю я представителя закона. – Проходите, проходите, мадам, это – дорожное происшествие! Машина сбила! – объясняет он мне. Премьер-министром тогда в стране была Беназир Бхутто. Муж её в то же время сидел в тюрьме за экономические преступления. А вскоре и самую Беназир Бхутто убили на улице, прямо у машины, окружённую охранниками.