Книга Пламя и пепел. Обещанные, страница 91 – Леока Хабарова

— Очень просто. — Спицы часто цокали в умелых руках. — Как дуб вырастает из жёлудя.

Рей фыркнул.

— Так не бывает!

— Тогда и не слушай, маленький принц. Почитай лучше о доблестных подвигах рыцарей Алого Ордена. Или описания дальних земель.

Гром снова грохотнул, сотрясая небо и землю. Дождь усилился.

— Я сам знаю, что для меня лучше! — выпалил Рей тоном, каким положено ставить прислугу на место. Не хватало ещё, чтобы старуха ему указывала! — Рассказывай дальше!

Нянька вздохнула и продолжила:

— Выросла из того камня крепость, насквозь пропитанная злом. — Спицы всё цокали, кресло скрипело. — Башни её черны и остры, стены неприступны. И бродит она…

— Кто бродит? — озадачился Рей.

— Крепость, маленький принц, — беззлобно пояснила старушка. — Крепость бродит по тундре, да в таких местах, что не сразу найдёшь. А если найдёшь — пропадёшь.

— Почему?

— Потому как сидит на чёрном троне Повелитель Теней, рождённый из крови Дикого бога, — старушка понизила голос и подалась вперёд. — И всяк, на кого он взглянет, навеки лишится рассудка!

Молния сверкнула, басовитый раскат прокатился над спящей низиной, и Рей отчётливо расслышал вскрик. Приглушённый, он донёсся, кажется, из гостевого крыла.

— Что это?

— Гроза, маленький принц. — Старушка уткнулась носом в вязание. — Боги на небе затеяли спор и бранятся.

— Нет, я про другое. Кто-то кричал.

Нянька пожала плечами.

— Может, кто и кричал. Я глуховата…

Рейнар спустил ноги с кровати.

— Пойду разведаю.

— Ни к чему это, маленький принц, — воспротивилась старуха. — Негоже бродить по ночам, да ещё в такую бурю! Кто знает, какое худо поджидает в темноте.

— Я возьму свечу. Вон тот огарок. — Рей так завёлся, что остановить его смог бы только отцовский ремень или крепкая рука розгача. — Сиди здесь. Вернусь — доскажешь сказку.

Облачённый в длинную ночную рубаху, Рей брёл по пустынному тёмному коридору. За высокими окнами бушевала гроза. Сверкали молнии. Тени на стенах напоминали пляшущих демонов. Жёлтый огонёк свечи трепетал, выхватывая из мрака пядь за пядью.

Рейнар не боялся. Как не боялся ничего герой баллад Вольдмар Сладкоречивый, неуловимый разбойник и покоритель женских сердец.

А тот, кто кричал, боялся знатно.

Рей уже понял, что это не призраки, и даже немного расстроился. Призраки не стали бы всхлипывать девчачьим голосом!

Он добрался до гостевых покоев. Прислушался. Крик повторился. А следом и всхлипы.

Рей закатил глаза.

Серая рыдает! Мог бы и догадаться. Вот, трусиха остроухая. Неужели её оставили одну? Ночью, в такую грозу…

Решительным движением Рейнар толкнул дверь. Девчонка ожидаемо завизжала — благо, гром перекрыл её вопли.

— Тише ты, — шикнул Рей, поднимая огарок повыше. — Это я. Видишь?

Серая вжалась в спинку кровати и стиснула в руках одеяло. Глянула с испугом, но кивнула.

Рей понятия не имел, как успокаивать перепуганных девчонок, поэтому выдал первое, что пришло на ум:

— Это просто гроза, — сказал он. — Боги на небе затеяли спор и бранятся. Так что не хнычь. Скоро всё кончится. Поняла?

— Поняла, — пролепетала Серая, шмыгая носом.

Рейнар оставил ей огарок — поставил подсвечник прямо на пол, — и захлопнул дверь. Но не ушёл. С четверть часа он проторчал в коридоре, прислушиваясь, и вернулся к себе только когда убедился: ушастая больше не плачет.